К основному контенту

Идеал монашеской жизни

Вивекананда учил не пренебрегать ничем: «Тот, кто знает, как лучше набить трубку гостю, знает, как медитировать. И кто не умеет отлично готовить пищу, никогда не будет хорошим санньясином. Если пища не готовится с полной концентрацией и не согревается теплом сердца, она не может быть питательной и никогда не принесет никому никакой пользы». Работа никогда в то же время не будет выполнена отлично, если работник привязан к работе. «Только великий монах,— сказал однажды Вивекананда,— может быть великим работником, по­тому что он не привязан... Не было в мире работников более великих, нежели Будда и Христос. Никогда Они не работали для себя. Их работа была поклонением людям, обожанием людей».

Первым долгом всех, живущих в монастыре, было самоотречение. Как высоко ставил Вивекананда этот атрибут монашеской жизни! «Никогда не забывайте: служение людям и реализация Бога — вот идеал монашеской жизни. Пусть это станет Природой вашей! Между монахом и его Господом нет посредников! Монах представляет каплю океана Милосердия, монах — представитель Господа в мире. Помните это и идите прямой дорогой самоотречения — олицетворением мира, свободы, благоволения!»

Монахам, которые искали личного освобождения, он говорил: «Вы хотите свободы? Отдайте себя на служение другим — это самый короткий путь для достижения освобождения! Убейте в душе желание личного спасения! Это самая великая духовная дисциплина! Работайте, мои мальчики, работайте всем вашим сердцем, со всею вашей душой. Это приведет вас к освобождению! Шри Рамакришна пришел в мир, чтобы отдать себя без остатка. Я старался подражать Ему. Вы должны работать. Вся наша работа это только самое, самое начало. Поверьте мне, кровью нашего сердца мы оросим землю, которая взрастит духовных гигантов, героических сотрудников, воинство Господа, которое осуществит в мире революцию Духа».

Свами Никхилананда
ВИВЕКАНАНДА



Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Опасный путь тантр

  Однажды, когда он со своего балкона смотрел на Гангу, где по всем направлениям сновали лодки, перекрещивая свои многоцветные паруса, он заметил, что одна из них подплывает к террасе. По ступенькам поднялась высокая красивая женщина с распущенными волосами, в платье цвета красной охры, какие носят саньясины. Ей было лет тридцать пять — сорок, но казалась она моложе. Ее вид поразил Рамакришну, который попросил ее войти. Она вошла и, едва увидев его, начала плакать, говоря: — Сын мой, ты тот, кого я ищу уже давно. Она принадлежала к касте брахманов, к благородной бенгальской семье, преданной культу Вайшнава; была высокообразованна и начитанна в священных текстах бхакти. Она заявила, что ищет человека, отмеченного богом, о существовании которого ей известно от божественного Духа. На нее возложена миссия принести ему великую весть. Без лишних разговоров (она даже не назвала себя и так и осталась неизвестной под именем Бхайрави Брахмани) между святой женщиной и жрецом Кали сейчас ж...

Эволюция понятия о Боге

 В Индии были люди, сердца которых были полны симпатией, и которые понимали, что мы должны идти в глубь, искать причины. Это были великие святые. Все великие учителя мира заявляли, что они пришли не разрушать, но дополнять. Долго этого не понимали: думали, что те не смели говорить и делать то, что считали правильным. Но это не так. Фанатики плохо понимают бесконечную силу любви, которая была в сердцах этих великих мудрецов. Они смотрели на всех людей, как на своих детей, были действительными отцами, действительными богами, полными бесконечной симпатии и терпения к каждому, действительно готовы были терпеть и переносить. Они знали, сколько еще нужно расти обществу, и терпеливо, медленно, уверенно шли вперед, применяя свои лекарства, не преследуя и не пугая людей, но осторожно и ласково ведя их за собой шаг за шагом. Таковы были писавшие Упанишады.  Они хорошо знали, что старые идеи о Боге не согласовались с более ушедшими вперед нравственными идеалами времени, превосходно поним...
  Сегодня, 4 июля - день смерти Вивекананды. - - - - - - - Его великая гордость признала тщету гордости. Умирающий познал теперь истинное величие - величие малых: "героическая смиренная жизнь". "По мере того как я старею, - сказал он Ниведите, - я все более и более ищу величия в малых вещах. В высоком положении кто угодно может быть великим. Даже трус станет храбрым, если он на виду: мир на него смотрит! Все более и более истинное величие представляется мне в образе червячка, который делает свое дело молча и постоянно, из часа в час, из минуты в минуту!" Он видел приближение смерти взглядом верным и точным. Он призвал всех своих учеников, даже тех, которые находились за морями. Его спокойствие вводило их в заблуждение: они полагали, что он проживет еще года три или четыре, тогда как он знал, что это - канун ухода. Он не высказывал никаких сожалений о том, что должен передать свое дело в другие руки: "Как часто, - говорил он, - человек губил своих учеников тем, ...