Ramakrishna

  Всё началось с того, что Фрейд опубликовал работу «Будущее одной иллюзии» (1927), где подверг резкой критике институциональную религию, назвав веру в Бога‑Отца невротическим поиском защиты. Ромен Роллан, который в тот момент активно работал над книгой «Жизнь Рамакришны», не согласился с Фрейдом. 5 декабря 1927 года он отправил отцу психоанализа письмо, в котором писал: «Вы справедливо критикуете официальные религии. Но вы упускаете из виду истинный источник религиозного чувства». Роллан так описывал это чувство: «…Особое субъективное ощущение, которое никогда меня не покидало… чувство „вечности“, ощущение чего‑то безграничного, беспредельного — так сказать, „океаническое чувство“ (sentiment océanique). Оно представляет собой чистый факт контакта с целостностью бытия». Для Роллана главным эмпирическим доказательством существования этого чувства был опыт Шри Рамакришны. Когда в 1929 году Роллан завершил «Жизнь Рамакришны», он сразу же выслал экземпляр Фрейду. Французский мыслитель ...

  В переписке Максима Горького и Ромена Роллана (1916–1936) есть намёки на учение Рамакришны и Веданту, но они не очень частые и довольно поверхностные. Ромен Роллан был большим почитателем Рамакришны и Вивекананды, а Горький относился к ним с интересом, но скептически. 1. 1929–1930 годы (самый важный период) В это время Ромен Роллан писал книги «Жизнь Рамакришны» (1929) и «Жизнь Вивекананды» (1930) и активно делился своими мыслями с Горьким. Ромен Роллан — Горькому (письмо от конца 1929 года): «Я заканчиваю сейчас работу о Рамакришне — одном из самых чистых и великих мистиков современной Индии. Его учение о том, что все религии — лишь разные пути к одной и той же Истине, кажется мне чрезвычайно важным для нашего времени». Горький — Роллану (ответное письмо, начало 1930 года): «Вашу книгу о Рамакришне я прочитал с большим интересом. В нём есть что‑то от наших русских юродивых и святых, но на гораздо более высоком философском уровне. Однако я, как реалист, не могу полностью принять ...

  Чему учил Рамакришна? Вивекананда хорошо отметил оригинальность его метода, в особенности для того времени и для Индии (впоследствии некоторые из его приемов, продиктованные инстинктом, были переняты и рационализированы «новыми школами» в Европе). Слово учителя до сих пор в Индии было законом. Гуру пользовался у чела (ученика) большим почтением, чем даже родители. Рамакришна ничего этого не хочет. Он ставит  себя на равную ногу со своими молодыми учениками. Он их товарищ, их брат; они беседуют запросто. Нет никакого превосходства! Советы, которые он им дает, не идут от него. Мать говорит его устами… «При чем же я тут?..» Итак, не является ли слово просто придатком? Оно — не поучение. Настоящее поучение не в том, чтобы внедрить, а только «передать»… Что? Свое существо? Даже не то (или гораздо больше!)… Существо… Скажем: это состояние внутреннего изобилия, очищенного богатства жизненной силы, называемого духовностью. И ее передают, «как дарят цветок». Так хороший садовник одар...

  Чему учил он их? Вивекананда хорошо отметил оригинальность его метода, в особенности для того времени и для Индии (впоследствии некоторые из его приемов, продиктованные инстинктом, были переняты и рационализированы «новыми школами» в Европе). Слово учителя до сих пор в Индии было законом. Гуру пользовался у чела (ученика) большим почтением, чем даже родители. Рамакришна ничего этого не хочет. Он ставит себя на равную ногу со своими молодыми учениками. Он их товарищ, их брат; они беседуют запросто. Нет никакого превосходства! Советы, которые он им дает, не идут от него. Мать говорит его устами… «При чем же я тут?..» Итак, не является ли слово просто придатком? Оно — не поучение. Настоящее поучение не в том, чтобы внедрить, а только «передать»… Что? Свое существо? Даже не то (или гораздо больше!)… Существо… Скажем: это состояние внутреннего изобилия, очищенного богатства жизненной силы, называемого духовностью. И ее передают, «как дарят цветок». Так хороший садовник одаривает нерас...

Великое учение, периодически возвращаясь на протяжении веков, окрашивается отблесками того времени, в котором оно вновь появляется, и принимает отпечаток той души, в которую оно проникло. Именно таким образом оно воздействует на людей определенной эпохи. Ибо всякая идея, оставаясь отвлеченной, не вышла бы из элементарного состояния, подобно электричеству, рассеивающемуся в атмосфере, если бы она не  воплотилась в человеческой личности, являющейся для нее конденсатором. Необходимо, чтоб она предстала во плоти, как Бог. Et caro facta est... Именно эта смертная плоть бессмертной идеи сообщает ей образ, того или иного дня, того или другого века, и помогает ей вступить в общение с нами. Я хотел бы попытаться показать, насколько лик учения Вивекананды сходен с нашим ликом, с нашими нуждами, муками, стремлениями, сомнениями, что блуждают, как слепые кроты, инстинктом прокладывая дорогу к свету. Понятно, что я хотел бы внушить людям Запада, сходным со мною (а они не (малочисленны — те, кто...