Ramakrishna

Духовный путь Шри Рамакришны был подобен великой реке, вбирающей в себя все ручьи человеческого богоискательства. Изучив сокровенные тропы индуизма, он обратил свой взор к исламу, желая познать Всевышнего через эту великую традицию. Его погружение в исламскую практику не было лишь поверхностным интересом, это было тотальное и искреннее проживание чужого опыта, ставшего для него совершенно родным. Чтобы понять природу этого опыта, необходимо взглянуть на тот ислам, который дышал и жил на благодатной земле Бенгалии. Бенгальский ислам издревле отличался удивительной мягкостью и мистической глубиной, будучи неразрывно связанным с суфийской традицией. Здесь строгая арабская догматика переплелась с местной культурой любви и преданности, породив феномен странствующих факиров и баулов, певцов-мистиков. В деревнях индуисты и мусульмане веками почитали одних и тех же святых пиров, молились у одних святынь и пели песни, в которых имена Рама и Рахим, Кришна и Аллах сливались в единой симфонии боже...

Как-то раз Вивекананда встретил мусульманина, который по духу был подлинным Адвайта-ведантистом, ибо видел мир в свете недвойственности. Тот был настолько потрясен личностью учителя, что от всего сердца воскликнул: «Свами, когда тебя начнут почитать как Аватару – воплощение Господа, не забывай, что именно я, Мохаммедан, был первым!» Горячая преданность выражалась в том, что он стал представляться учеником под именем Мохаммедананда, где «ананда» – обычное прибавление «блаженный» к имени санньясина в индуизме, а сам учитель писал: «Истина Адвайты – последнее слово вероисповедания, позволяющее взирать на все религии с любовью. Для нашей родины единение двух великих систем – индуизма и ислама, сращивание головы веданты с телом мусульманства, – единственная надежда…»   Мария Владимировна Николаева Свами Вивекананда: вибрации высокой частоты

  Рамакришна понял, что все религии различными путями ведут к одному и тому же Богу. И он тотчас же решил исследовать все эти пути. Для него «понять» значило «быть и действовать». Первый исследованный им путь был путь ислама. Он вступил на него, едва успев оправиться после болезни (конец 1866 г.). Храм, в котором он служил, часто видел в своих стенах мусульманских факиров. Хозяйка Дакшинешвара, Рани Расмани, эта разбогатевшая простолюдинка с широкой душой, преисполненной горячей веры, пожелала, чтобы при храме было помещение для случайных гостей других верований. Рамакришна заметил однажды среди молящихся скромного мусульманина, Говинда Рая, поглощенного своей молитвой, и сквозь оболочку распростертого тела увидел, что этот человек путем ислама тоже познал Бога. Он попросил мусульманина посвятить его в свою веру. Жрец Кали на много дней отрекся, совершенно забыл своих Богов. Он перестал им поклоняться, перестал даже думать о них: он жил вне храма, повторял имя Аллаха, одевался на м...