Ramakrishna

Чикаго, весна 1894 года. Город ещё не остыл после Всемирной выставки и Парламента религий. В скромном доме одного из друзей Свами Вивекананды, в тихой гостиной, индийский монах сидел за письменным столом и что-то писал. На нём была простая оранжевая ряса, волосы собраны в пучок, глаза опущены. В комнату без стука вошёл человек, которого в Америке называли «самым богатым человеком в мире». Джон Д. Рокфеллер. Он пришёл из любопытства — друзья уже несколько раз приглашали его встретиться с «индийским святым», но он отказывался. В тот день что-то толкнуло его прийти. Рокфеллер, привыкший, что перед ним все встают и кланяются, остановился посреди комнаты. Вивекананда даже не поднял головы. Прошла минута. Другая. Наконец монах заговорил, не отрывая глаз от бумаги: «Мистер Рокфеллер, вы самый богатый человек в мире. Но эти деньги — не ваши. Бог дал вам их лишь на время, чтобы вы стали каналом для добра. Вы — только управляющий. Ваша обязанность — раздавать их тем, кто нуждается». Рокфеллер за...

  Калькутта, 1878–1885 годы.   Богатые бабу, чьи имена до сих пор звучат в истории бенгальской культуры, жили раздвоенной жизнью. Днём они были почтенными отцами семейств, адвокатами, драматургами, владельцами больших домов на Чоураги-роуд. Вечером многие из них бесшумно исчезали в переулках Сонгачи. Там, в полутёмных комнатах с резными решётками, их ждали женщины, владевшие искусством, которое уже тогда начинало уходить в прошлое. Эти куртизанки не просто «удовлетворяли». Они умели превращать тело в инструмент божественного переживания. Они пели песни Картабхаджа:  «Когда Он входит в меня,    океан поднимается внутри…    тело дрожит, как лист на ветру,    и в этой дрожи рождается свет…   Двери ума открываются сами,    и в один миг — Он и я становимся одним…» Голос женщины вибрировал низко и глубоко. Внутренние мышцы её тела сжимались и пульсировали в точном ритме мелодии — медленно, как прилив, по...

  Однажды вечером, когда все преданные уже разошлись по своим комнатам, Нарендра остался один у постели Тхакура. Шри Рамакришна был крайне слаб. Горло его горело огнём, голос был едва слышен. Он посмотрел на своего любимого ученика долгим, полным любви взглядом и медленно, с трудом произнося каждое слово, сказал: «Нарендра, Я вижу, ты очень печален. Ты думаешь, что Я совсем ухожу от вас. Но слушай Меня внимательно. Я оставляю это тело. Мои дни в этом мире сочтены. Но прежде чем уйти, Я даю тебе слово, которое никогда не нарушится: Пока ты будешь помнить Меня всем сердцем своим — Я буду с тобой. Пока ты будешь проявлять сострадание и служить хотя бы одной живой душе в этом мире — Я буду с тобой. «নরেন, আমি চলে যাব। কিন্তু তোমাকে বলে যাই — যতদিন তুমি আমাকে স্মরণ করবে, আমি তোমার সঙ্গে থাকব। যতদিন তুমি দয়া করে একটি প্রাণীর সেবা করবে, আমি তোমার সঙ্গে থাকব।» Ты должен взять на себя всю эту работу. Ты должен нести Моё учение по всему миру. Мать будет действовать через тебя. Не бойся ничег...

Это воскресенье, 1 марта 1886 года. Шри Рамакришна находится в садовом доме в Кошипуре, Калькутта. Болезнь горла (рак) достигла крайней стадии. Он лежит на постели в большой комнате на втором этаже. Преданные — Нарендра, «М», Гириш Гхош, Кали, Нираджан, Бабурам, Латту, Шаша, Ракхал, Шарат и другие — дежурят у него круглосуточно. Атмосфера полна глубокой любви, преданности и тихой печали. Тхакур крайне слаб, говорит почти шёпотом, но каждое слово несёт божественную силу и любовь. Преданные сидят вокруг постели Тхакура. Он лежит, опираясь на подушки. Его лицо сияет мягким божественным светом, несмотря на невыносимые страдания тела. Гириш и «М» сидят ближе всех. Нарендра сидит в стороне, молча глядя на Учителя. Учитель (очень слабым голосом, Гиришу): Гириш… ты пришёл?.. Как ты? Гириш (со слезами): Господин… я здесь… Как Ваше здоровье? Учитель: Тело… очень болит… Горло… горит… Но душа… в радости… Мать… делает всё правильно… Я в Её руках… Не плачь… Это тело… временное… Душа… вечна… Повторяй...

  Шри Рамакришна живёт в доме в Шьямпукуре, Калькутта. Он болен раком горла.  Сегодня доктор Махендра Лал Саркар пришёл навестить его. Преданные — «М», Нарендра, Калипрасад, Нираджан, Бабурам и другие — собрались вокруг. Тхакур сидит на постели, опираясь на подушки. Комната наполнена ароматом цветов и благовоний. Доктор Махендра Лал Саркар вошёл в комнату и поклонился Учителю. Он осмотрел горло Тхакура и сказал: Доктор: Горло выглядит лучше. Опухоль немного уменьшилась. Продолжайте полоскать рот и принимать лекарство. Учитель (с улыбкой): Доктор, скажи мне, что есть суть? Что главное? Доктор: Суть? Я не понимаю вопроса. Учитель: Что есть суть всего? Что главное в жизни? Доктор: Для меня главное — это здоровье. Без здоровья ничего нет. Учитель: Нет, нет. Здоровье — это не суть. Суть — это Бог. Бог — это всё. Без Бога ничто не имеет смысла. Доктор улыбнулся и сказал: Доктор: Вы говорите о Боге, а я — о науке и медицине. Мы с вами на разных путях. Учитель: Нет, доктор, мы на одно...

Шри Рамакришна сидел на своей небольшой кровати в комнате, погружённый в глубокое самадхи. Махимачаран, Рам, Маномохан, Набаи Чайтанья, М. и другие преданные расположились на циновке, расстеленной на полу, и молча взирали на Учителя. Это был день праздника Дол Ятра — качелей Радхи и Кришны. В этот день изображения Радхи и Шьяма усаживают на качели и слегка раскачивают, осыпая их красным порошком. Позже друзья и родственники бросают цветной порошок друг в друга. Праздник отмечается на рубеже зимы и весны, в день полнолуния, который также освящён рождением Шри Чайтаньи Махапрабху. Преданные заметили, что Учитель постепенно возвращается к сознанию внешнего мира, хотя ум его всё ещё пребывал в божественном видении. Шри Рамакришна обратился к Махимачарану: — Дорогой, расскажи нам что-нибудь о любви к Богу. Махимачаран запел строки из «Нарада Панчаратры»: К чему аскеза, если Бога почитают с любовью? К чему аскеза, если Бога не почитают с любовью? К чему аскеза, если Бога видят внутри и вовне...