К основному контенту

Сообщения

Духовные практики

Ниже представлены наставления Шри Рамакришны о духовных практиках: 1. Партхива-Шива-Пуджа (Поклонение Шивалингаму из глины) Рамакришна часто наставлял домохозяев совершать ежедневное поклонение Шиве, используя листья дерева Бильва. Это часть традиционной Нитья-кармы (ежедневных обязанностей), которую он утверждал как необходимую для очищения ума. Источник: Шри Шри Рамакришна Катхамрита, Том 1. (беседа от 27 октября 1882 года). Разговор с Кешаб Чандра Сеном и брахмо-самаджистами о важности внешних форм поклонения. Мантра подношения листьев Бильвы: Шри Рамакришна цитировал этот стих как сущность поклонения Шиве. Он утверждал, что даже один лист, предложенный с такой верой, разрушает грехи. त्रिदलं त्रिगुणाकारं त्रिनेत्रं च त्रियायुधम् । त्रिजन्मपापसंहारं एकबिल्वं शिवार्पणम् ॥ ТРИДА́ЛАМ ТРИГУНА́КАРАМ ТРИНЕ́ТРАМ ЧА ТРИЙАЙУДХАМ | ТРИДЖАНМА-ПА́ПА-САМХА́РАМ ЭКА-БИ́ЛВАМ ШИВА́РПАНАМ || Три листа олицетворяют три гуны, три глаза и трезубец. Уничтожающий грехи трех рождений —лист Бильвы я подношу...
Недавние сообщения

Хлеб прежде молитвы

Отношение Свами Рамакришны к нуждающимся было лишено всякого налета высокомерной благотворительности; оно произрастало из его глубокой неспособности видеть разницу между божественным и человеческим страданием. Его милосердие всегда было деятельным, спонтанным и порой даже вызывающим недоумение у его современников, привыкших к сухому исполнению ритуалов. Одним из самых ярких свидетельств его сострадания стала поездка в паломничество вместе со своим богатым покровителем Матхуром Бабу. Когда их путь пролегал через округ Ваидьянатх, охваченный жестоким голодом, Рамакришна был настолько потрясен видом изможденных людей, что отказался продолжать путь к святыням. Он сел рядом с голодающими и заявил Матхуру, что не сдвинется с места и не пойдет в храм, пока тот не накормит каждого и не раздаст им одежду. Несмотря на практические возражения мецената о том, что паломничество требует больших расходов, Рамакришна оставался непреклонен, утверждая, что Бог пребывает в этих несчастных людях больше, ч...

Мир как иллюзия

Мироздание сознается нами как нечто живое с того самого момента, как мы в него вступаем. Само по себе – все мертво, но мы все оживляем, а затем кружимся, либо пугаясь окружающей среды, либо наслаждаясь ею. Итак, не будьте подобны тем рыбачкам, которые будучи застигнуты непогодой по дороге с рынка домой, временно приютились у садовника. Там им на ночь отвели комнату, смежную с садом, так что весь воздух был одним сплошным благоуханием. Тщетно старались они уснуть, пока одна из них не предложила очистить рыбные корзины от грязи и подложить их себе под голову. Сделав это, все глубоко заснули. Мир – это наша корзина для рыбы: но мы не должны от него зависеть. Зависящие от него – это люди в тамасе или "связанные", затем есть в раджасе или эгоисты – это те, кто постоянно возится со своим личным "я". Подчас они творят добро и могут даже достичь духовности. Но неизмеримо выше стоят  те, кто в саттве т.е. "заглянувшие вглубь", те, чья жизнь целиком сосредоточена на...

Не гуру, а садовник: подлинное лицо святости

Одна из трогательных и поучительных граней жизни Шри Рамакришны, которая показывает полное отсутствие у него того, что мы называем «эго» или чувством собственной важности. В Дакшинешваре, который был богатым храмовым комплексом, основанным царицей Рашмони, постоянно гуляли состоятельные люди из Калькутты — «бабу» в накрахмаленных одеждах, с тростями и часами на цепочках. Рамакришна же одевался предельно просто. Его дхоти часто было обернуто небрежно, верхняя часть тела оставалась обнаженной, или же он накидывал на плечо простую хлопковую салфетку (гамчху). У него не было внешних атрибутов «великого гуру» — ни тигровых шкур, ни массивных бус, ни трона. Он бродил среди цветочных клумб с детской улыбкой, иногда разговаривая сам с собой или с Матерью. Неудивительно, что многие принимали его за одного из многочисленных храмовых садовников. Самая известная история повествует о богатом посетителе, который прогуливался по саду и захотел украсить себя цветком. Увидев человека в простой одежде, ...

Голос шакала, пламя погребального костра

Погружаясь в сумеречный мир бенгальского тантризма XIX века, мы касаемся материй, от которых у обывателя леденеет кровь. То, что совершал Рамакришна, было вершиной айсберга, видимой частью колоссальной и тайной традиции, процветавшей в дельтах Ганги. Для тантриков той эпохи шмашан был не кладбищем, а Маха-питхой — великим алтарем, единственным местом, где завеса между мирами истончается до предела. В сердце этой практики лежит Шава-садхана — ритуал с использованием трупа. Это та самая грань, которую переступают лишь «герои» (Вира). Тантрик отправлялся на шмашан в безлунную ночь (Амавасью), желательно во вторник или субботу. Найдя свежее, неповрежденное тело (предпочтительно молодого мужчины, погибшего насильственной смертью, так как в таком теле сохраняется колоссальный заряд нереализованной жизненной силы), садхака омывал его, натирали благовониями и укладывал лицом вниз. Сев на спину мертвеца, как на трон, йогин начинал джапу. Цель этого ритуала ужасающа и величественна одновременно:...

Через порог смерти

Практика медитации на местах кремации, или шмашана-садхана, занимает центральное место в тантрическом периоде жизни Шри Рамакришны. Для обывателя шмашана — это место скорби и нечистоты, окраина мира живых. Но для мистика это священный порог, где иллюзия привязанности к телу сгорает вместе с плотью, оставляя лишь обнаженную истину духа. Именно здесь обитает Мать Кали и Господь Шива, танцующие свой вечный танец разрушения и созидания. Еще будучи мальчиком Гададхаром, Рамакришна выбрал для своих уединений места, которые деревенские жители обходили стороной даже днем. В Камарпукуре было два таких места: Будхуи Морал и Бутир Кхал (буквально «Канал Призраков»). Бутир Кхал был местом мрачным и диким, служившим кремационной площадкой. Местные верили, что там обитают злые духи и ненасытные сущности. Но юный Гададхар, движимый недетской жаждой Истины, уходил туда по ночам. Там, среди пепла и костей, он посадил дерево бильва и часами сидел под ним. С собой он часто брал горшок с простыми сладостя...

Бог внутри, Бог вокруг

Рамакришна не мог совершать ритуальное, внешнее поклонение (пуджу) в определенные периоды своих духовных состояний. Это происходило не из-за отсутствия веры, а, наоборот, из-за её запредельной интенсивности, когда исчезала грань между поклоняющимся и объектом поклонения. Традиционное поклонение всегда подразумевает двоих: того, кто молится, и Того, кому молятся. Человек берет цветок и с благоговением кладет его к стопам Божества, признавая тем самым дистанцию между собой и Творцом. Однако сознание Рамакришны часто покидало привычные берега разделенности и устремлялось в океан абсолютного единства, который на языке мудрецов зовется Адвайтой. В эти моменты для него исчезали границы между «я» и «Ты», между человеком и Богом. Самый яркий эпизод, иллюстрирующий это состояние, произошел в священном городе Варанаси, в золотом храме Каши Вишванатх. Рамакришна вошел в святилище с намерением совершить пуджу. В его руках были листья бильвы и цветы, предназначенные для Господа Шивы. Но как только ...