Ramakrishna

  В Бенгалии осеннее Наваратри традиционно отмечают как Дурга‑пуджу (Шарадия Дурготсав). Это не просто пост, как в других частях Индии, а главный религиозный праздник года. Бенгальская Дурга‑пуджа это и празднование победы Богини Дурги над демоном Махишасурой, и одновременно трогательное возвращение Умы (Парвати) из обители на горе Кайлас в дом своих родителей на Земле. Праздник длится несколько дней, достигая кульминации на Махаштами и Маханавами, и завершается на Виджайадашами ритуалом висарджана — погружением глиняных статуй в воды Ганги. Для Шри Рамакришны и его учеников‑мирян (домохозяев) этот праздник имел глубоко мистическое измерение. Статуя (мурти) воспринималась ими не как глиняный символ, а как живое присутствие Божественной Матери. Матур Бабу и «ожившая» статуя Матур Бабу, управляющий храмом в Дакшинешваре, проводил Дурга‑пуджу в своём доме в Джанбазаре. В присутствии Рамакришны Матур ощутил, что образ Богини в алтаре буквально светится и улыбается. Переживание живого п...

Севашрам Миссии Рамакришны во Вриндаване представляет собой благотворительное, медицинское и духовное учреждение, история которого восходит к концу XIX века.   Шри Сарада Деви прожила около года в одном из домов Вриндавана. Впоследствии в этом же здании останавливались почти все прямые монашеские ученики Рамакришны. В 1907 году последователи Миссии основали здесь небольшую бесплатную гомеопатическую клинику, которая стала базой будущего Севашрама. Деятельность учреждения изначально выстраивалась на принципах, сформулированных Свами Вивеканандой. В основу работы легли два его утверждения: «Атмано мокшартхам джагаддхитая ча» («Для собственного освобождения и на благо мира») и концепция «Служение человеку есть служение Богу», предписывающая оказывать помощь не из жалости, а как форму духовного поклонения. В 1965 году на базе Севашрама было открыто представительство монашеской структуры ордена — Рамакришна Матх. С момента основания скромная клиника выросла в крупную благотворитель...

В мае 1897 года по пыльным, иссушенным зноем дорогам округа Муршидабад в Бенгалии шёл человек в выцветших шафрановых одеждах монаха-странника. Это был Свами Акхандананда (в миру Гангадхар Гангопадхьяя) — ученик Шри Рамакришны. За его плечами были годы суровых аскез, пешие путешествия через Гималаи и три года уединенной жизни в Тибете. Его разум, воспитанный на недвойственной Веданте, всегда стремился к покою и растворению в Абсолюте. Но то, что он увидел в Муршидабаде, навсегда изменило его путь, а вместе с ним — и саму историю Рамакришна Матха. Был страшный голод. В деревне Махула Акхандананда столкнулся с картиной, которая потрясла его до глубины души. В своих мемуарах «Смрити Катха» он писал: «Я прибыл в деревню Махула и видел повсюду живые скелеты. Люди от отчаяния ели мягкие стволы банановых деревьев и корни диких трав... Мое сердце разрывалось от боли при виде этих истощенных, умирающих людей. В тот момент я осознал: какой смысл в моей санньясе [монашеском отречении], какой смысл...

В трудах сестры Ниведиты (Маргарет Элизабет Нобл) Шри Рамакришна предстает не просто как исторический учитель, а как высшее воплощение духовного синтеза и квинтэссенция религиозного опыта Индии. О Рамакришне как синтезе всех религий: «В Шри Рамакришне Парамахамсе, жившем и учившем в храмовом саду в Дакшинешваре, Свами Вивекананда обрел тот синтез всех религий мира, проповедовать который было предначертано ему самому». О Рамакришне как воплощении духовного опыта: «Шри Рамакришна был для него [Вивекананды] воплощением всего сущего (the epitome of the whole)». «Жизнь Шри Рамакришны стала кульминацией всей истории индийской духовной жизни». О практическом проживании истины: «Он не удовлетворялся абстрактным признанием истинности других путей; в его жизни индуизм впервые осознал себя в полной мере, поскольку он должен был на практике прожить и испытать каждую религию на собственном опыте». О нём как о земном сосуде Божественной Матери: «Человек, живший перед глазами учеников, был лишь внешн...

  Я англичанка по рождению и воспитанию, и до восемнадцати лет меня учили и наставляли так, как принято воспитывать английских девушек. Христианские религиозные догматы, разумеется, были привиты мне с ранних лет. Ещё с отрочества я была склонна благоговеть перед всеми религиозными учениями. Я преданно поклонялась Младенцу Иисусу и любила Его всем сердцем за те самопожертвования, на которые Он всегда добровольно шёл. Мне казалось, что я не могу в достаточной мере воздать Ему хвалу за то, что Он позволил распять Себя, дабы даровать спасение роду человеческому. Но после восемнадцати лет в моей душе начали зарождаться сомнения в истинности христианских догматов. Многие из них стали казаться мне ложными и несовместимыми с истиной. Эти сомнения крепли всё больше, и вместе с тем моя вера в христианство расшатывалась. Семь лет я пребывала в этом зыбком состоянии духа — была глубоко несчастна и всё же отчаянно жаждала обрести Истину. Я избегала церкви, но порой стремление принести покой сво...

  Свами Абхедананда, в миру Калипрасад Чандра, вошел в историю как один из самых выдающихся учеников Шри Рамакришны и блестящий философ, сумевший перевести глубочайшие истины древнеиндийской мысли на язык, понятный западному интеллекту. Его путь — это удивительная трансформация прагматичного юноши, глубоко погруженного в изучение классического санскрита и трудов западных мыслителей, в просветленного йога, чье слово наводило мосты между культурами и континентами. Когда молодой Калипрасад впервые пришел к Шри Рамакришне в Дакшинешвар, его пытливый ум искал логических доказательств духовных истин и строгой философской базы. Учитель не стал ломать его интеллектуальный стержень. Напротив, он увидел в юноше колоссальный потенциал чистой осознанности и направил его разум в русло прямого духовного опыта, показав, что истинное знание начинается там, где заканчиваются слова. Продолжив дело Свами Вивекананды, Абхедананда отправился на Запад и провел четверть века в Северной Америке и Европе. ...