Ramakrishna

  «Никогда не считай себя слабым, жалким или грешным. Мысль о слабости — это величайшее заблуждение (майя). Ты — не это бренное тело и не колеблющийся ум. Ты — проявление высшего Духа. Отбрось малодушие и утвердись в своей божественной силе». «Весь этот мир с его почестями, богатством и привязанностями — не более чем сон, тень на воде. Зачем тратить драгоценную жизнь на погоню за миражами? Только Неделимая Реальность (Акханда Сат-чит-ананда) реальна, все остальное преходяще. Проснись от этого сна». «Пока живо эго ("я" и "мое"), человек находится в рабстве. Служение без ожидания плодов — это меч, который отсекает корень эгоизма. Когда "я" растворяется, остается только Единый, действующий через все формы». «Прямота и открытость — это фундамент духовной жизни. Где есть лукавство, расчет и хитрость, там нет места Истине. Истина проста и открывается только простому сердцу, не замутненному мирскими уловками». (Рамакришна особенно выделял это качество Ниранджана,...

В последнее время стало принято понимать под ведантой только ту систему философии ведантизма, которая называется адвайтой. Но все мы знаем, что адвайта - лишь одна из множества философских систем, основанных на Упанишадах. Приверженцы вишишта-адвайты, например, относятся к Упанишадам с таким же почтением, как и адвайтисты; они имеют полное право считать эти писания «своими». Это же относится и к дуалистам, и к прочим сектам. Но обыденное сознание отождествило до некоторой степени термины «ведантист» и «адвайтист», причем, возможно, не без оснований, ибо, хотя Веды и являются основным каноном, существуют еще смрити и пураны - более поздние сочинения, носящие иллюстративный по отношению к Ведам характер. Эти сочинения, конечно же, менее авторитетны, чем сами Веды. Закон таков: как только любая часть этих пуран или смрити вступает в противоречие с содержанием шрути, необходимо следовать сказанному в шрути и отвергнуть смрити. В теоретических разработках великого философа-адвайтиста Шанкар...

  Свами Кришнананда учил полному обращению внимания внутрь — пониманию того, что источником всех пут и страданий является не объективная реальность, а сам проецирующий ум: «Твой величайший враг — собственный ум. В этом мире нет препятствия большего, чем ум. Мир вокруг никогда не сбивает нас с пути, и внешнее окружение само по себе не способно отвлечь нас — это делает исключительно наш ум. Ум — это главное орудие и средоточие привязанности. И объекты твоей привязанности вовсе не находятся вовне: они живут исключительно внутри твоего ума. Твоя семья, твои друзья, весь видимый тобой мир — это не то, что предстаёт снаружи; всё это присутствует внутри тебя. Твои мысленные построения не имеют ничего общего с внешней реальностью». --- Разъясняя ученикам разницу между ступенями духовного опыта, Кришнананда подчёркивал, что Освобождение наступает лишь при полном растворении разделения на субъекта и объект: «Всё, что воспринимается или отражается — внутренне или внешне, — есть не что иное, к...

  Стихотворение Свами Вивекананды «To a Living God» (известное как «To a Friend» / «Sakhaye Prati») было написано им на бенгальском языке на рубеже 1897–1898 годов, а затем переведено на английский. Это не просто поэзия, а своего рода духовный и социальный манифест, в котором метафизика недвойственности (Адвайты) обретает форму этики служения. From highest Brahman to the yonder worm, And to the very minutest atom, Everywhere is the same God, the All‑love; Friend, offer mind, soul, body, at their feet. These are His manifold forms before thee, Rejecting them, where seekest thou for God? Who loves all beings without distinction, He indeed is worshipping his God. От высшего Брахмана до червя у дороги, До самой ничтожной, невидимой глазу частицы — Повсюду Лишь Он, Любви Всеобъемлющей Океан. Друг мой, сложи свой разум, и душу, и плоть у Его стоп. Вот Его многоликие формы пред взором твоим, Зачем же, отринув их, ищешь ты Бога вдали? Лишь тот, кто наполнил любовью весь мир без изъятья, Во...

Шри Рамакришна Парамахамса обладал уникальной способностью объяснять сложнейшие философские концепции адвайта‑веданты через простые и понятные образы. Преодоление дуальности (двандвы) — иллюзии разделённости мира на добро и зло, знание и невежество, субъект и объект — является ключевым этапом на пути к духовному освобождению. Обычный ум живёт в категориях «я знаю» и «я не знаю». Рамакришна указывал, что земное знание само по себе остаётся частью иллюзии (Майи). যাঁর জ্ঞান আছে, তাঁর অজ্ঞানও আছে। জ্ঞান‑অজ্ঞান দুয়ের পার হও। Джанар гьян ачхе, танр огьяно ачхе. Гьян‑огьян дуйер пар хао. «У кого есть знание, у того есть и неведение. Нужно выйти за пределы и знания, и неведения». Пока человек гордится своей эрудицией или духовным пониманием («гйаной»), он остаётся в ловушке дуальности. Настоящее постижение Абсолюта (Брахмана) происходит там, где замолкает интеллект. Истинная Реальность не может быть объектом познания, поскольку она и есть сам Познающий. পায়ে কাঁটা ফুটলে আর একটা কাঁটা দিয়ে ...

  «Шанкарачарья родился в Калади, в Керале, в брахманской семье. Его родители, Шивагуру и Ариямба, были великими почитателями Шивы. Согласно традиции, они молились Шиве о сыне, и Господь даровал им ребёнка, который должен был стать великим учителем. Уже в детстве Шанкара проявил необычайные способности: он выучил все Веды и шастры к восьми годам и обладал феноменальной памятью. В возрасте восьми лет он принял решение стать санньяси (монахом), несмотря на сопротивление матери. Легенда гласит, что однажды, когда он купался в реке, крокодил схватил его за ногу. Мальчик попросил мать дать ему разрешение на санньясу, обещая, что крокодил отпустит его. Мать согласилась, и крокодил тут же отпустил ребёнка — это было знаком божественного вмешательства». «После принятия санньясы от Гуру Говинды Бхагаватпады на берегу Нармады Шанкара начал своё великое путешествие по всей Индии. Он посетил все священные места — от Кашмира до Канчипурама, от Двараки до Пури. Его целью было восстановить чистот...

  Рассматривая вопрос о том, был ли Христос йогом, мы прежде всего должны понять, насколько духовным и божественным должен быть человек, чтобы его можно было назвать йогом. Истинный йог должен быть чистым, целомудренным, безупречным, самоотверженным и абсолютным хозяином самого себя. Его характер должны украшать смирение, непритязательность, способность прощать, прямота и твёрдость цели. Ум истинного йога не должен быть привязан к объектам чувств или чувственным удовольствиям. Он должен быть свободен от эгоизма, гордости, тщеславия и земных амбиций. С древних времён во многих странах, включая Индию, было немало таких истинных йогов. Описания их жизней и деяний столь же удивительны и достоверны, как жизнь и деяния того прославленного Сына Человеческого, который проповедовал в Галилее почти две тысячи лет назад. Силы и дела этого кроткого, нежного и самоотверженного Божественного человека, которого во всём христианском мире почитают как идеальное воплощение Бога и Спасителя человечес...

  Сегодня мы празднуем великий день — Пасху. Для большинства людей она ассоциируется с воспоминанием о том, как тело Иисуса Христа воскресло из гроба две тысячи лет назад. Но для тех, кто ищет духовную истину, Пасха имеет гораздо более глубокий, внутренний смысл. Истинная Пасха — это воскресение Христа внутри нас. Шри Рамакришна учил, что тот же самый Бог, который проявился в Иисусе как Христос, пребывает и в каждом из нас. Разница лишь в степени осознания. Иисус полностью осознал это единство и сказал: «Я и Отец Мой — одно». Мы тоже можем произнести эти слова, но пока они остаются лишь фразой на устах. Наша задача — воплотить их в живую реальность в своём сердце. Вивекананда говорил, что каждый человек — это потенциальный Христос, потенциальный Будда, потенциальный Рамакришна. Вопрос лишь в том, насколько мы готовы пробудить эту божественную природу внутри себя. Когда мы радостно восклицаем: «Христос воскрес!», — мы должны понимать это так: «Да, Он воскрес во мне. Моя эгоистическа...

Наши чувства обманывают нас денно и нощно. Веданта изобличила это уже испокон веков. А ныне наша современная наука подходит к тому же выводу. Картине присуща лишь определенная длина и определенная ширина, но художник воспроизводит на ней природу, обманывая тем, что он искусственно придает картине иллюзию глубины. Нет двух людей, которые бы глядели на мир одинаково. Мир одного далеко не то, что мир другого. Высшее знание покажет нам, что такой вещи, как движение или перемена, вообще нигде не существует, что само представление о них лишь Майя. Попытайтесь изучить природу, как единое целое, изучите движение. Мысль и тело не суть наше истинное "Я": и то, и другое является составной частицей Природы, однако, для нас есть еще иная возможность: постигнуть "вещь в себе". Тогда мысль и тело перейдут в область трансцендентального, и все, проистекающее от них, исчезнет. Лишь окончательно перестав познавать и видеть мир, можем мы постигнуть Атмана. Мы должны стремиться к исторж...

То же самое существо, которое последователи монистической системы веданты (философия адвайта) называют Брахманом, или Абсолютным, йоги называют Атманом (высшим «Я»), а бхакты, или поклонники Бога, считают личным Богом со всеми Божественными атрибутами. Брахман высокой касты всегда остаётся брахманом, но, когда он служит Богу, его называют священником, а когда он готовит пищу в кухне, его называют поваром. Последователь монистической системы веданты (адвайта), стремящийся к реализации абсолютного Брахмана, старается выработать в себе правильное различение истинного от ложного, говоря: «не это, не это». То есть он хочет сказать, что Абсолют — не это, не то и не какой‑либо определённый объект. Когда в результате долгого рассуждения такого рода сердце перестанет подчиняться желаниям и когда ум перейдёт в сверхсознательное состояние — тогда достигнута Брахма‑гйана. Человек, в действительности достигший Брахма‑гйаны, познаёт, что только абсолютный Брахман реален, а мир — нереален, и что все ...

  В тихом уголке бенгальской земли, где воздух пропитан ароматом сандалового дерева и молитв, родился мальчик, которому суждено было стать одним из светочей Миссии Рамакришны. Харинатх Чаттопадхьяй — в будущем Свами Туриянанда — появился на свет 3 января 1863 года в Калькутте, в семье ортодоксального брамина. Судьба рано испытала его на прочность: в три года он потерял мать, погибшую при попытке спасти сына от дикого шакала; в двенадцать — отца. Воспитанием мальчика занялся старший брат Махендранатх. С юных лет Харинатх вёл жизнь, достойную древнего мудреца. Трижды в день совершал омовения, сам готовил пищу, до рассвета повторял строки «Бхагавад‑гиты». Его душа жаждала знаний — он погружался в чтение Упанишад, изучал труды Шанкарачарьи, всё глубже проникая в тайны Адвайта‑веданты — учения о недвойственности бытия. Однажды, купаясь в священных водах Ганги, он столкнулся с опасностью: в глубине показалось нечто, напоминающее крокодила. Люди на берегу кричали, призывая его немедленно ...

  Рамакришна хотел, чтобы его ученики достигли реализации своего „я", прежде чем отдаться с пользой служению человечеству». Но в ожидании этого человечество страдает, человечество умирает, покинутое. Оставит ли он его без помощи? Нет. Ибо то, чего Рамакришна не делает, не может сделать сам, ограниченный рамками своей кармы и горизонтом своей жизни (жизни, которая готова уже угаснуть), он завещает исполнить своему величайшему ученику, наследнику своего слова — Вивекананде, тому, который в одном видении (я еще будут говорить о нем) предстает ему как божественная эманация, более высокая, чем его собственная, и призвать которого к людям для их же спасения он считает своей личной миссией. На него он возложит, почти что помимо его желания, обязанность действовать в мире и «облегчить страдания смиренных и бедных». И Вивекананда внесет в это свою действенную энергию и всепожирающую страсть. Конечно, его натура, совершенно иная, чем у учителя, не могла бы ждать ни одного дня, ни одного час...

  Согласно Адвайте, идея о мировой душе, – всеобщей, неизменяемой и бессмертной, – может быть вполне доказана. Затруднение может быть только относительно частной (души). Что же остается от старых дуалистических теорий, через которые все мы должны были пройти и которые имели над нами такую власть, – от теорий о маленьких отдельных индивидуальных душах? Мы знаем теперь, что мы бессмертны в целом, но беда в том, что нам хотелось бы быть бессмертными в отдельности. Мы видели, что мы бесконечны и что в именно этом и состоит наша индивидуальность. Но мы так сильно желаем сделать индивидуальными наши маленькие души. Чем же они становятся, когда ежедневный опыт нам показывает, что эти маленькие души индивидуальны, но с оговоркой, что они индивидуальности постоянно растущие. Они те же и не те же. Вчерашний я тот же, что и сегодняшний я, и в то же время не тот; в нем что-то изменилось. Освобождаясь от дуалистического понятия, что среди всех этих изменений проходит нить тождества, и принимая ...

 Шри  Рамакришна  прибыл в дом Говинды Мукхерджи в Белгхарии, около Калькутты. Кроме Нарендры, Рама и других поклонников присутствовало  несколько соседей Говинды.  Учитель сначала  пел  и танцевал с поклонниками.  После киртана они сели.  Многие кланялись Учителю. Время от времени он произносил: "Склоняйтесь перед Богом".    "Это только Бог,  - сказал он, - стал всем этим. Но в определенных местах - например, в святом человеке - существует большее проявление,  чем в других.  Вы можете сказать,  что есть также и злые люди.  Это верно,  есть, как есть тигры и львы; но человеку не  следует заключать в объятия этого "Бога-тигра".  Ему следует держаться  подальше от него и приветствовать его на  расстоянии. Возьмите воду, например. Одну воду можно пить, вторая может быть использована для богослужения,  третья - для омовения, а четвертая - только для мытья посуды".    Один ...

 В Индии были люди, сердца которых были полны симпатией, и которые понимали, что мы должны идти в глубь, искать причины. Это были великие святые. Все великие учителя мира заявляли, что они пришли не разрушать, но дополнять. Долго этого не понимали: думали, что те не смели говорить и делать то, что считали правильным. Но это не так. Фанатики плохо понимают бесконечную силу любви, которая была в сердцах этих великих мудрецов. Они смотрели на всех людей, как на своих детей, были действительными отцами, действительными богами, полными бесконечной симпатии и терпения к каждому, действительно готовы были терпеть и переносить. Они знали, сколько еще нужно расти обществу, и терпеливо, медленно, уверенно шли вперед, применяя свои лекарства, не преследуя и не пугая людей, но осторожно и ласково ведя их за собой шаг за шагом. Таковы были писавшие Упанишады.  Они хорошо знали, что старые идеи о Боге не согласовались с более ушедшими вперед нравственными идеалами времени, превосходно поним...

 После богослужения Учитель и проповедник разговорились:    Учитель:  "Ну,  мне представляется, что и Божество не имеющее формы, и Бог с формой реальны. Что вы скажете?"    Проповедник:  "Господин,  я сравниваю бесформенное Божество с электрическим  током,  который не виден глазу,  но который можно ощутить".    Учитель:  "Да, оба истинны. Бог с формой так же реален, как и Бог без формы. Вы знаете, на что похоже описание Бога только как лишенного  формы?  Это как извлечение человеком из своей  флейты только  одной ноты,  хотя она имеет семь дырочек.  Но на том  же самом инструменте другой человек играет  всевозможные  мелодии. Подобно  этому,  какими  бесконечными путями верующие в  Личного Бога наслаждаются Им!  Они наслаждаются Им через множество  различных отношений: безмятежное отношение, отношение слуги, друга, матери, мужа или любовни...

  Рамакришна старался приобщить Нарена - Вивекананду к доктрине чистого ведантизма, утверждающей полное тождество Брахмана и Атмана. Он заставил Нарена читать книги по недуализму, но Нарену они показались хуже, чем идолопоклонство Ракхала, он воспринял их как кощунство по сути. — Чем это отличается от атеизма? — восклицал он. — Как может сотворенная душа считать себя Творцом? Что может быть греховней этого? Что это за чушь — я есмь Бог, ты есть Бог, все рожденное и подлежащее умиранию есть Бог? Авторы этих книг должны быть сумасшедшими, иначе как они могли писать такое? Рамакришна на негодование Нарена отвечал с мягкой улыбкой: — Возможно, ты сейчас не в состоянии воспринять эти истины, но разве это причина для осуждения великих мудрецов, учивших им? К чему ограничивать природу Бога? Продолжай взывать к нему. Он есть истина. Что Бог откроет тебе, то ты и прими как истину. Но Нарен не поддавался убеждениям. Как бы он изумился, если бы мог услышать собственные слова, которые произнес...

  Нарендра (Вивекананда) отрицал индуистских Богов. И в то же время он отбрасывал адвайтизм, который считал атеизмом. Он открыто насмехался над велениями индуистских писаний. Он говорил Рамакришне:   — Хотя бы тысячи людей называли вас Богом, я этого не скажу, пока сам не буду иметь доказательства.   Рамакришна, смеясь, соглашался с ним. Он говорил ученикам:   — Не принимайте ничего потому только, что я это сказал. Испытайте все сами.   Ожесточенная критика Нарендры, его страстные споры приводили его в восторг. Он был полон уважения к этой горячей искренности ума, к этой бешеной погоне за правдой. Он в этом видел проявление могущества Шивы, которое в конце концов возвышается над всеми иллюзиями. Он говорил:   — Смотрите, смотрите, какая проникновенная сила. Он — ревущее пламя, которое уничтожает все нечистое. Сама Махамайя может приблизиться к нему не ближе чем на десять шагов: ее держит в отдалении слава, которую она ему передала… ...

Как-то раз Вивекананда встретил мусульманина, который по духу был подлинным Адвайта-ведантистом, ибо видел мир в свете недвойственности. Тот был настолько потрясен личностью учителя, что от всего сердца воскликнул: «Свами, когда тебя начнут почитать как Аватару – воплощение Господа, не забывай, что именно я, Мохаммедан, был первым!» Горячая преданность выражалась в том, что он стал представляться учеником под именем Мохаммедананда, где «ананда» – обычное прибавление «блаженный» к имени санньясина в индуизме, а сам учитель писал: «Истина Адвайты – последнее слово вероисповедания, позволяющее взирать на все религии с любовью. Для нашей родины единение двух великих систем – индуизма и ислама, сращивание головы веданты с телом мусульманства, – единственная надежда…»   Мария Владимировна Николаева Свами Вивекананда: вибрации высокой частоты

  Материализм торжествовал, с его распущенностью в высших классах и суевериях в низших. Тогда явился Шанкарачарья и восстановил философию Веданты. Он нашел, что это единственный способ спасти Индию от нравственной неурядицы. На первое время он сделал из нее рационалистическую философию, так как аргументы Упанишад были очень туманны. Будда развил до крайности нравственную сторону этой философии, Шанкарачарья разработал ее интеллектуальную сторону, согласовал ее с разумом и в обновленном виде представил человечеству. В старых Упанишадах масса поэзии: писавшие их были великие поэты. Вы помните, вероятно, слова Платона что вдохновение приходит в мир через поэзию; и кажется, что Риши Упанишад были поэтами, ниспосланными человечеству именно с целью сообщить в поэзии самые высочайшие истины. Они никогда не проповедовали, не философствовали, не писали, – от них исходили только музыкальные мелодии. В Будде мы имеем великое, объемлющее весь мир сердце и бесконечное терпение; он создал практи...