Так умеет Рамакришна среди проходящих избирать того или тех, кого его
религиозное чувство — это шестое чувство, являющееся у него всегда первым, —
открывает ему как предназначенных к божественному севу. Тех, в ком дремлет Бог.
Ему достаточно одного взгляда, одного жеста, чтобы разбудить его. Почти все его
ученики открывают ему, даже помимо их желания, при первой же встрече, трепет
своего «я». Он проникает в них до конца. Остальным людям предоставляется самим
искать собственное спасение. Истинные ученики должны руководить ими, они несут
ответственность за их души. Вот почему они, как я уже говорил, подлежат
испытанию физическому и моральному; и после их принятия за ними устанавливается
хотя и отеческий, но всегда бдительный надзор.
Он выбирает предпочтительно юных, иногда очень юных, чуть ли не
подростков, неженатых, «еще не захваченных в сети желаний, не посаженных в
клетку богатства, свободных от привязанностей…» Если кто-либо из них женат, как
Брахмананда, он изучает его жену, он удостоверяется, что она не будет мешать
молодому супругу в его назначении, что она будет ему помощницей. Вообще
учениками этого человека, лишенного образования, были образованные юноши,
знающие по крайней мере один иностранный язык, владеющие санскритским. Но это
не является необходимым. Пример Лату знаменателен (хотя можно сказать, что это
единственное исключение подтверждает правило). Этот смиренный слуга, чужой в
Бенгалии, невежественный крестьянин из Бихара, которого один взгляд Рамакришны
пробудил к вечной жизни, был одарен, не зная этого, подобно учителю, особым
талантом сердечного чувства…
— Многие из вас, чтобы прийти к Богу, — говорил своим ученикам
Рамакришна, — должны были пересечь нечистые воды знания… но Лату перескочил их,
подобно Хануману…
Чему учил он их? Вивекананда хорошо отметил оригинальность его метода, в особенности для того времени и для Индии (впоследствии некоторые из его приемов, продиктованные инстинктом, были переняты и рационализированы «новыми школами» в Европе). Слово учителя до сих пор в Индии было законом. Гуру пользовался у чела (ученика) большим почтением, чем даже родители. Рамакришна ничего этого не хочет. Он ставит себя на равную ногу со своими молодыми учениками. Он их товарищ, их брат; они беседуют запросто. Нет никакого превосходства! Советы, которые он им дает, не идут от него. Мать говорит его устами… «При чем же я тут?..» Итак, не является ли слово просто придатком? Оно — не поучение. Настоящее поучение не в том, чтобы внедрить, а только «передать»… Что? Свое существо? Даже не то (или гораздо больше!)… Существо… Скажем: это состояние внутреннего изобилия, очищенного богатства жизненной силы, называемого духовностью. И ее передают, «как дарят цветок». Так хороший садовник одаривает нерасцветшие бутоны, вверенные его попечению, только солнцем и, питательной тенью, чтобы они расцвели и распространили свой духовный аромат. Ничего иного. Остальное придет само собой. «Когда лотос распускается, пчелы прилетают, чтобы брать из него мед. Пусть же лотос души расцветает так же естественно!»
Ромен Роллан
Жизнь Рамакришны
Комментарии
Отправить комментарий