Ramakrishna

  Как же избежать опасностей жизни и ее зла?   Веданта отвечает: "Ничего не желать и не требовать от жизни, так как причина всех испытываемых нами несчастий – только желания. Вы хотите чего-нибудь, это желание не исполняется, и – в результате – вы несчастны. Если бы не было желаний, не было бы страданий". Но что будет с нами, если мы откажемся от всех наших желаний? Стены комнаты, в которой мы находимся, ничего не желают, никогда не страдают, но и не развиваются. Стул не имеет желаний, никогда не страдает и остается всегда стулом. Есть блаженство в счастье, но оно есть и в страданиях; зло тоже приносит пользу. Всем нам знакомы великие уроки, получаемые от горя. Все мы делали в жизни сотни таких вещей, что от всего сердца желали бы, чтобы их не было, и, тем не менее, эти наши поступки многому нас научили. Что касается меня, то я очень рад, что делал кое-что хорошее и много дурного; рад, что поступал иногда правильно, но рад также, что совершил и много ошибок, так как каждая из...

 Совершайте только поступки, находящиеся в границах ваших мыслей и целомудренных снов. Не старайтесь обольщать себя гигантскими делами, берите на себя обязанности такие же малые, как и ваша преданность Богу. Затем, по мере того как будут расти ваше самоотречение и ваша чистота (а дела души растут быстро), они проложат себе дорогу через материальный мир и будут озарять своей добродетелью других людей, подобно тому как Ганга, проложившая себе русло между твердыми скалами Гималаев, орошает своей благодатью тысячи километров. «…Итак, не спешите и идите каждый своим шагом! Будьте уверены, что достигнете цели! Не бегите! И тем более не останавливайтесь!.. „Религия — это дорога, ведущая к Богу. Дорога — это не дом…" — „А будет ли она длинной?" — „Смотря по обстоятельствам. Она одинакова для всех. Но одни уже раньше начали свой путь, и цель приближается…"» «Горшечник сушит свои горшки на солнце. Некоторые из них уже обожжены. Другие еще нет. Стадо проходит и топчет их ногами… (Э...

  Авадхута Даттатрейя пустил в мир двадцать четыре гуру; один из них был коршун. В одном месте рыбаки ловили рыбу. Коршун спустился вниз и схватил рыбу. Увидев коршуна с рыбой в клюве, сотни ворон начали кричать, подняли страшный шум и пустились за ним. И в каком бы направлении он ни летел, вороны летели за ним. Он летел на юг, они преследовали его; он поворачивал к северу, они нагоняли его, он не находил покоя нигде. Наконец, устав лететь, он бросил рыбу. Тогда вороны полетели за рыбой, и коршун остался один. Сев спокойно на вершине большого дерева, он начал думать: «Эта рыба была причиной всей тревоги. Теперь, когда у меня больше нет её, я счастлив и совершенно спокоен». И Авадхута узнал от этого коршуна что, пока человек привязан к мирским предметам, у него множество забот, беспокойства, волнений и несчастий. Как только эта привязанность проходит, все труды кончаются, и наступает мир и покой. Но труд без привязанности к земному очень хорош, он не приносит беспокойства. Но очен...

  Вивекананда - живой гимн Труду.   "Только великий монах (в широком смысле: человек, посвятивший себя служению Абсолютному) может быть великим работником: ибо он не имеет привязи... Нет более великих работников, чем Будда и Христос. Нет мирского труда. Всякий труд - поклонение и культ..."   И никакой иерархии между формами труда. Всякий труд, полезный людям, - благороден.   "Если мои гуру-бхаи ((мои братья-монахи) скажут мне, что я должен провести остаток жизни, очищая стоки матха, будьте уверены, я это выполню. Только тот может быть великим начальником, кто умеет повиноваться ради общего блага..."   Первая обязанность - "отречение".   "Без отречения никакая религия (он мог бы сказать: никакое глубокое становление духа) не может быть прочна..."   И человек, который "отрекся", санньяси, "утверждается на голове Вед", говорят сами Веды, "ибо он освободился от сект, церквей и пророков". Он в Боге...

  Достигнув мыса Коморин, крайней точки Индии, Вивекананда принял решение.   На мысе Коморин Вивекананда превратился в ребенка. От снежных вершин Гималаев спустился он, пройдя по всей стране, и теперь взор его тонул в синих волнах океана. Здесь, перед лицом океана, проходила в его сознании панорама современной Индии — ненависть и рознь между кастами, между религиями; нищета, невежество, забвение идеалов. С этим знанием в душе мог ли он считать мир иллюзией и отгородиться от мира, ища единения с Богом? И Вивекананда восклицает: «Родись я вновь и вновь, я отдал бы все свои жизни, чтобы помочь на пути к свободе хотя бы одной душе. Я нашел моего Бога — мой Бог в человечестве. Единственный Бог, в которого я верю, распростерт среди людей. Мой Бог — слабые, мой Бог — угнетенные, мой Бог — бедные всех рас и исповеданий. И если я хочу служить моему Богу, я должен    служить человечеству».   К этому времени дух Вивекананды окреп и утвердился. Постоянным  ...

 М.  сидел и молчал.  Его гордость получила удар.  Через несколько минут Шри Рамакришна ласково взглянул  на него и сказал мягко:  "Видишь ли,  у тебя есть некоторые хорошие признаки.  Я узнаю их,  смотря на лоб человека, его глаза и т.п. Теперь скажи мне,  что за человек твоя жена? У нее есть духовные качества, или она находится под влиянием авидьи?"    М: "У нее все в порядке. Но я боюсь, она невежественна".    Учитель (с явной досадой): "А ты человек знания!"    М.  еще  предстояло узнать различие между знанием и невежеством.  До этого времени он думал,  что человек получает знания от книг и занятий в учебных заведениях. Позже он оставил эту ложную точку зрения.  Его научили,  что знать Бога - это знание,  а  не знать Его - невежество.  Когда Шри Рамакришна воскликнул:  "А ты человек знания!", эго М. было снова сильно задето.    Учитель: "Ну ладн...

  14 Июля 1854 - 4 Июня 1932 г.   У "М" была привычка вести личный дневник с тринадцати лет. «Я встретил Шри Рамакришну в 1882 году и, привлеченный учением последнего, начал вести стенографическую запись разговоров и действий Шри Рамакришны в своем дневнике, который в конечном итоге принял форму книги «Шри Шри Рамакришна Катхамрита». Первоначально, когда "М" начал писать дневники, у него не было планов их публикации.   Относительно своей методологии "М"   писал: Вернувшись домой, я все записывал по памяти. Иногда мне приходилось бодрствовать всю ночь напролет... Иногда я продолжал записывать события одного посещения в течение семи дней, вспоминая песни, которые были спеты, и порядок, в котором они были спеты, и все самадхи и так далее... Много раз я не чувствовал себя удовлетворенным своим описанием событий; тогда я немедленно погружался в глубокую медитацию... Тогда возникал правильный образ... Вот почему, несмотря на большой разрыв в физическом с...

Рамакришна, по его выражению, обрел три чудесных плода познания: «Сострадание,  Благочестие и Самоотречение». В то же время он отдавал себе отчет на основании общения с выдающимися людьми Бенгалии в недостаточности их мудрости, в огромной пустоте, томящей алчущую душу Индии — Индии, которая ждет его. Он никогда не уставал при малейшей возможности учиться у религиозных или ученых людей, богатых и бедных, странствующих пилигримов и столпов науки и общества. Чувство самолюбия было чуждо ему, — наоборот, он был склонен думать, что все эти «искатели истины» обладают познаниями, которых он лишен, и он жадно подбирал крохи, упавшие с их стола. Поэтому он обращался к ним, где бы они ни находились, не заботясь о том, как он будет принят. Но его никогда не оставлял свойственный ему дух критики; его удивительная, заостренная наблюдательность, его наивное лукавство, вспыхивающее под полуопущенными веками, в экстатически расширенных зрачках, находили себе богатую пищу во время его посещений зна...

  Основной принцип философии Веданты – это осознание единства. Как я уже говорил: «Истинная философия должна выстроить простую по своей природе теорию и объяснить всё». Нет ничего проще Веданты, и она чудесно справляется с этим благодаря теории единства, утверждая, что истинная природа души и Бога – едины. Душа божественна и совершенна. Она не является результатом сочетания материи и сил, но источником разума и существования, и основой сознания. Она неразрушима, бесконечна и вечна. Она не была создана никаким сверхкосмическим существом, но существовала в бесконечном прошлом и будет существовать вечно. «Огонь не может её сжечь, воздух не может её высушить, вода не может её смочить, мечи не могут её разрубить, она выше всех изменений, за пределами добра и зла. Добро и зло не могут коснуться истинной природы нашей души, она невозмутима злом и его последствиями. Мы не рождаемся в грехе и нечестии, но мы дети абсолютного и бессмертного блаженства. Мы должны познать это, осознав нашу ист...

Индия дала много духовных учителей, признанных вождями человеческого рода. И люди поклоняются этим учителям. Жизнь и деятельность всех этих великих вождей была удивительна и полна сверхчеловеческого и божественного элемента. Каждый из них, давал новую жизнь старым духовным истинам, от каждого начиналась новая волна прилива духовности, одна за другой заливающие религиозный мир, преодолевающие все препятствия суеверий и предрассудков и несущие поток индивидуальных душ к океану Божественности. Современный нам подъём духовного прилива, волны которого, прокатившись через половину земного шара, уже коснулись берегов Америки, был вызван божественной личностью Бхагавана Шри Рамакришны, уважаемого и почитаемого в Индии по сей день как идеальное проявление Божественной славы. С самого своего детства Шри Рамакришна боролся против сектантских учений и догматов, но в то же самое время он стремился показать, что все секты и верования - только пути, по которым искренние и глубокие души идут к одной о...

   Получив видение Бога,  человек охватывается  блаженством.  Он замолкает. Кто скажет? Кто объяснит?    Царь  живет  за  семью воротами.  За каждыми  воротами  сидит человек, наделенный великой силой и славой. У каждых ворот гость спрашивает: "Это ли царь?" Привратник отвечает: "Нет. Не это, не это".  Гость проходит через седьмые ворота и переполняется радостью.  Он теряет дар речи. На этот раз ему нет нужды спрашивать: "Это ли царь?" Один его вид устраняет все сомнения".    Проповедник: "Да, господин, так это описано в веданте".    Учитель:  "Когда Божественность мыслится как творящая, сохраняющая  и  уничтожающая,  Она известна как  Личный  Бог,  Сагуна Брахман,  или Первичная Энергия,  Адьяшакти.  С другой  стороны, когда Она мыслится как находящаяся за пределами трех гун,  тогда Она  называется Бескачественной Реальностью,...

  Рамакришна старался приобщить Нарена - Вивекананду к доктрине чистого ведантизма, утверждающей полное тождество Брахмана и Атмана. Он заставил Нарена читать книги по недуализму, но Нарену они показались хуже, чем идолопоклонство Ракхала, он воспринял их как кощунство по сути. — Чем это отличается от атеизма? — восклицал он. — Как может сотворенная душа считать себя Творцом? Что может быть греховней этого? Что это за чушь — я есмь Бог, ты есть Бог, все рожденное и подлежащее умиранию есть Бог? Авторы этих книг должны быть сумасшедшими, иначе как они могли писать такое? Рамакришна на негодование Нарена отвечал с мягкой улыбкой: — Возможно, ты сейчас не в состоянии воспринять эти истины, но разве это причина для осуждения великих мудрецов, учивших им? К чему ограничивать природу Бога? Продолжай взывать к нему. Он есть истина. Что Бог откроет тебе, то ты и прими как истину. Но Нарен не поддавался убеждениям. Как бы он изумился, если бы мог услышать собственные слова, которые произнес...

  Так умеет Рамакришна среди проходящих избирать того или тех, кого его религиозное чувство — это шестое чувство, являющееся у него всегда первым, — открывает ему как предназначенных к божественному севу. Тех, в ком дремлет Бог. Ему достаточно одного взгляда, одного жеста, чтобы разбудить его. Почти все его ученики открывают ему, даже помимо их желания, при первой же встрече, трепет своего «я». Он проникает в них до конца. Остальным людям предоставляется самим искать собственное спасение. Истинные ученики должны руководить ими, они несут ответственность за их души. Вот почему они, как я уже говорил, подлежат испытанию физическому и моральному; и после их принятия за ними устанавливается хотя и отеческий, но всегда бдительный надзор.   Он выбирает предпочтительно юных, иногда очень юных, чуть ли не подростков, неженатых, «еще не захваченных в сети желаний, не посаженных в клетку богатства, свободных от привязанностей…» Если кто-либо из них женат, как Брахмананда, он изучает...

После страшного видения в храме Кали и смерти сына, последовавшей за ним, Халадхари — и его нетрудно понять — начал смотреть на Кали только как на Разрушительницу. Однажды он спросил Рамакришну:   —   Как ты можешь всю жизнь проводить в почитании Богини, которая олицетворяет собой одну только ярость и погибель?   Рамакришну больно задел вопрос, воспринятый им как клевета на обожаемую Мать. Он бросился в храм и со слезами на глазах обратился к статуе:   — Мать, Халадхари, ученый человек, который знает священные книги, говорит, будто ты есть сплошная ярость и погибель. Разве это правда?   Он тут же получил ответ — Матерь Кали открылась ему целиком. Не помня себя от счастья и облегчения, Рамакришна побежал в соседний храм Радхаканта, где Халадхари сидел, совершая почитание, и прыгнул ему на плечи.   — Мать есть все! — снова и снова повторял он в возбуждении. — Ты посмел назвать ее яростной и губительной? Нет! Она обладает всеми качествами, ...

  В то время, как Бхагаван говорил о состоянии самадхи, странное божественное выражение появилось на его сиявшем радостью лице, а затем он потерял всякое внешнее сознание. Пробыв в этом безмолвном состоянии в течение некоторого времени, он пришёл в себя и, как ребёнок, тихим голосом сказал: «Дайте мне воды». Это был обычный признак его возвращения в сферу чувственного сознания. Потом он прошептал: «О, Мать! Недавно ты показала мне Видьясагара, потом я захотел увидеть пандита, и вот ты привела меня к нему».   Обращаясь к Шашадхару, Бхагаван сказал: Мой сын! Увеличьте свою духовную силу, продолжайте ещё некоторое время религиозные упражнения. Вы ещё только влезли на дерево, а уж хотите сорвать плод, но вы делаете всё это для блага других. - Говоря это, Бхагаван поклонился Шашадхару и продолжал: Когда я впервые услышал ваше имя, я спросил: «Что этот пандит - просто обыкновенный учёный или достигший истинного различения реального от ложного (вивека) и бесстрастия (вайрагья)?» ...

  "Где бы ни было произнесено имя Божие, - то место свято". Насколько же больше свят человек, произносящий Его имя, и с каким благоговением мы должны приближаться к тому, кем передается нам духовный свет! Таких учителей духовной истины, без сомнения, очень мало в этом мире; но мир никогда не остается совершенно без них. В момент, когда мир абсолютно лишился бы их, он стал бы отвратительным адом и устремился бы к разрушению. Они всегда - самый прекрасный цвет человеческой жизни, "океан милосердия без какого бы то ни было побуждения".   "Знай, что я Гуру всех" - сказал Кришна в "Бхагавад-гите". Выше и благороднее всех обыкновенных учителей мира особый класс их - Аватары Ишвары. Они могут передать духовность одним прикосновением, даже одним желанием. Самые низкие и самые развращенные люди становятся по их велению в одну секунду святыми. Они Учители всех учителей, самые высшие проявления Бога в человеке. Мы не можем видеть Бога иначе как в них; н...