Братья и ученики были очень обеспокоены здоровьем Вивекананды, которое становилось с каждым днем все хуже и хуже. Он выглядел совсем обессиленным — трудно было представить себе, что этот совершенно истощенный человек — тот самый мощный, ослепительный Нарен с грациозной походкой «большой кошки».
Своей любимой ученице Ниведите он написал 12 февраля 1902 года: «Пусть вся власть перейдет к тебе! Пусть Мать Сама будет твоими руками, твоим разумом. Это безмерная власть, неотразимая власть,— об этом я молю для тебя и, если возможно, вместе с совершенным миром...» «Если была какая-нибудь правда в Шри Рамакришне, пусть Он руководит тобой, как Он руководил мной, нет, в тысячу раз больше!»«Многие из его учеников из отдаленных частей света,— пишет сестра Ниведита,— собрались вокруг Свами. И по тому, как он выглядел, не было наверное такого, кто понимал, как скоро наступит конец».
Все больше и больше Свами видел себя свободным от обязанностей, передавая работу в другие руки. «Как часто,— говорил он,— человек мешает развитию своих учеников, оставаясь постоянно с ними! Когда ученики уже натренированы, существенно, чтобы их лидер покинул их, потому что без его отсутствия они не смогут развиваться самостоятельно. Растения всегда остаются маленькими под большим деревом».
Всю пятницу 4 июля он казался таким сильным и здоровым, каким он был в прежние далекие годы.
Уйдя в Храм один, он закрыл окна и запер двери, изменив обычным своим привычкам, и медитировал три часа. Спускаясь по лестнице Храма, он пел прекрасную песнь о Кали:
«Что, действительно, моя Мать — черная?
Она только видится таковой, Свет лотоса Сердца — Она.
Люди называют Ее черной, но я не верю, что Она такая.
Она — то белая, то красная, то синяя, то появляется как золото Она.
Об этом я размышлял всю свою жизнь, я твердо знаю, кто Она, Она — Пуруша и Пракрити, а иногда Она кажется нереальной... Медитируя на всех этих вещах, бедный разум опрокидывается...»
Потом он прошептал: «Если будет другой Вивекананда, он поймет, что этот Вивекананда сделал!» И еще — «как много Вивекананд родится со временем!»
В семь часов вечера колокол позвал в Храм для богослужения. Свами удалился в свою комнату и просил учеников, которые ожидали его, не входить, пока он их не позовет. Он провел час в медитации, потом позвал ученика и просил его открыть все окна и опахалом повеять над его головой. Он спокойно лег на свою постель и все думали, что он заснул или находится в глубокой медитации.
Братья и ученики думали, что он в глубоком Самадхи, и пели Имя Учителя, чтобы спустить бережно его сознание. Но он оставался неподвижным. Послали за доктором, и тело было обследовано. По мнению доктора, жизнь оставила тело, дыхания не было. В полночь Вивекананда был объявлен умершим, по медицинскому заключению, от разрыва сердца. Но монахи оставались уверены, что их вождь своей волей покинул тело в Самадхи, как было предсказано Рамакришной.
Утром весть разнеслась. Ниведита сидела возле тела и обмахивала его до тех пор, пока его не унесли. В два часа дня его облачили в оранжевое одеяние и убрали цветами. Религиозные церемонии были произведены, зажглись огни, и зазвонили колокола. Братья и ученики отдали последнее прощание, и процессия тихо двинулась, направляясь сквозь арки цветов и огней к дереву, на место, указанное самим Свами для кремации. Костер был готов, и тело охватило пламя с сандаловым ароматом. Напротив этого места, шестнадцать лет назад, был предан огню Рамакришна.
Ниведита начала рыдать, как ребенок, катаясь по земле. Вдруг ветер покрыл ее голову куском оранжевой материи от его одеяния, и она сразу замолкла, приняв благословение своего Учителя. Священный пепел был развеян в водах Ганга. Место это теперь занимает Храм с престолом в центре, где тело Вивекананды было предано огню.
Свами Никхилананда
ВИВЕКАНАНДА
Комментарии
Отправить комментарий