К основному контенту

Жена Ауробиндо выбрала Шри Сараду Деви своим гуру

Ауробиндо Гхош женился на Мриналини Бос (позднее Мриналини Деви) в апреле 1901 года. Ей было 14 лет, ему — 29. Брак устроили через объявление в газете и друга семьи. Мриналини происходила из уважаемой семьи, училась в школе Брахмо самадж для девочек в Калькутте. Первые годы супружеской жизни прошли в Бароде, но вскоре Ауробиндо всё глубже погрузился в  революционную деятельность, националистическую журналистику (Bande Mataram, Karmayogin) и йогу. Семейная жизнь отошла на второй план. 

В 1908 году Ауробиндо арестовали по делу об алипорском заговоре (Alipore Bomb Case). Мриналини пережила сильнейший шок (она была с ним в момент ареста). После освобождения (1909) Ауробиндо уехал в Чандернагор, а затем в 1910 году — в Пондичерри, где начал новую фазу своей садханы. Мриналини осталась в Калькутте/Шиллонге с родителями и долгие годы жила в разлуке, в одиночестве и страданиях. 

В этот период тяжёлого эмоционального кризиса (примерно 1908–1909 годы) подруга Мриналини по школе — Судхира Бос (позднее сестра Судхира из круга Рамакришны) — привела её в окружение Шри Сарады Деви (Святой Матери, жены Рамакришны Парамахамсы). Мриналини искала духовную опору, поскольку чувствовала, что её единственным «Богом» был муж, а теперь он ей  недоступен. 

Сарада Деви тепло приняла её и относилась как к дочери. Святая Мать называла Мриналини ласково «Бау-ма» (Bou-Ma — «невестка»), поскольку считала самого Ауробиндо своим «сыном». Это было знаком глубокого принятия. 

Святая Мать сказала Мриналини (во время тревоги об аресте мужа): «Не беспокойся, дитя моё; нет пользы от тревоги. Твой муж полностью укрылся в Боге. По милости Тхакура [Рамакришны] он выйдет [из тюрьмы], поскольку будет признан невиновным. Но не настаивай на семейной жизни.» 

Сарада Деви также говорила о Мриналини как о «небесном существе» (heavenly being).  Ключевой момент — это её самостоятельный, глубокий выбор и преданность Мриналини, которая нашла в Святой Матери духовную мать и гуру в период полной разлуки с мужем. 

Судхира предложила получить инициацию, но Сарада Деви сказала, что в ней нет необходимости — Мриналини уже находится под руководством Ауробиндо. Тем не менее, Мриналини регулярно посещала Святую Мать, получала от неё поддержку и жила в духе преданности. 


После отъезда Ауробиндо в Пондичерри (1910) Мриналини вела аскетичную жизнь в Шиллонге под руководством Сарады Деви.  Она носила простую одежду, ежедневно проводила пуджу и медитацию. В её комнате для поклонения были изображения Кали, Рамакришны, Свами Вивекананды, Сарады Деви и самого Ауробиндо. Она читала литературу Рамакришны-Вивекананды и вела жизнь, полную тапасьи. 

Она пожертвовала свои украшения на благотворительность и в конце жизни попросила, чтобы оставшиеся у неё средства пошли на образование бедных девочек (через школу сестры Ниведиты). Мриналини умерла 17 декабря 1918 года в 32 года от испанки (гриппа), не успев присоединиться к мужу в Пондичерри, несмотря на его согласие. Сарада Деви, узнав о её смерти, сказала, что видела свою «невестку» в видении — богиню, рождённую в этом мире из-за проклятия, чья карма теперь исчерпана. 

Мриналини самостоятельно, в моменты глубочайшего одиночества и страданий, обратилась к Сараде Деви как к гуру и матери. Это не было навязано мужем — это был её личный духовный путь, который помог ей трансформировать боль разлуки в садхану. Ауробиндо в письмах к ней (особенно знаменитом 1905 года о «трёх безумствах») описывал идеал жены как шакти мужа, которая видит в нём Бога и помогает в дхарме. Мриналини в итоге воплотила этот идеал по-своему — через преданность и духовное развитие под крылом Святой Матери. 

Эта история показывает силу женской преданности и независимого духовного поиска в индийской традиции: даже в тени великого мужа Мриналини нашла свой свет через Сараду Деви.



 

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Опасный путь тантр

  Однажды, когда он со своего балкона смотрел на Гангу, где по всем направлениям сновали лодки, перекрещивая свои многоцветные паруса, он заметил, что одна из них подплывает к террасе. По ступенькам поднялась высокая красивая женщина с распущенными волосами, в платье цвета красной охры, какие носят саньясины. Ей было лет тридцать пять — сорок, но казалась она моложе. Ее вид поразил Рамакришну, который попросил ее войти. Она вошла и, едва увидев его, начала плакать, говоря: — Сын мой, ты тот, кого я ищу уже давно. Она принадлежала к касте брахманов, к благородной бенгальской семье, преданной культу Вайшнава; была высокообразованна и начитанна в священных текстах бхакти. Она заявила, что ищет человека, отмеченного богом, о существовании которого ей известно от божественного Духа. На нее возложена миссия принести ему великую весть. Без лишних разговоров (она даже не назвала себя и так и осталась неизвестной под именем Бхайрави Брахмани) между святой женщиной и жрецом Кали сейчас ж...

Эволюция понятия о Боге

 В Индии были люди, сердца которых были полны симпатией, и которые понимали, что мы должны идти в глубь, искать причины. Это были великие святые. Все великие учителя мира заявляли, что они пришли не разрушать, но дополнять. Долго этого не понимали: думали, что те не смели говорить и делать то, что считали правильным. Но это не так. Фанатики плохо понимают бесконечную силу любви, которая была в сердцах этих великих мудрецов. Они смотрели на всех людей, как на своих детей, были действительными отцами, действительными богами, полными бесконечной симпатии и терпения к каждому, действительно готовы были терпеть и переносить. Они знали, сколько еще нужно расти обществу, и терпеливо, медленно, уверенно шли вперед, применяя свои лекарства, не преследуя и не пугая людей, но осторожно и ласково ведя их за собой шаг за шагом. Таковы были писавшие Упанишады.  Они хорошо знали, что старые идеи о Боге не согласовались с более ушедшими вперед нравственными идеалами времени, превосходно поним...
  Сегодня, 4 июля - день смерти Вивекананды. - - - - - - - Его великая гордость признала тщету гордости. Умирающий познал теперь истинное величие - величие малых: "героическая смиренная жизнь". "По мере того как я старею, - сказал он Ниведите, - я все более и более ищу величия в малых вещах. В высоком положении кто угодно может быть великим. Даже трус станет храбрым, если он на виду: мир на него смотрит! Все более и более истинное величие представляется мне в образе червячка, который делает свое дело молча и постоянно, из часа в час, из минуты в минуту!" Он видел приближение смерти взглядом верным и точным. Он призвал всех своих учеников, даже тех, которые находились за морями. Его спокойствие вводило их в заблуждение: они полагали, что он проживет еще года три или четыре, тогда как он знал, что это - канун ухода. Он не высказывал никаких сожалений о том, что должен передать свое дело в другие руки: "Как часто, - говорил он, - человек губил своих учеников тем, ...