К основному контенту

Божественное присутствие

 

В последних главах «Провозвестия Рамакришны» (глава «Последние дни в Кассипуре») запечатлён пронзительный момент, где телесная мука Учителя — рак горла лишил его возможности глотать — встречается с безграничным духовным прозрением.

Ученики, среди которых был и юный Нарендра (будущий Свами Вивекананда), не в силах смотреть на страдания Рамакришны, умоляли его обратиться к Божественной Матери с просьбой об исцелении — хотя бы для того, чтобы он смог принять немного пищи. Тронутый их искренней скорбью, Учитель согласился.

Спустя несколько часов он подозвал учеников и рассказал о своём диалоге с Матерью:

«Я сказал Ей: „Мать, я так страдаю, я совсем не могу ничего проглотить из‑за этой язвы в горле. Пожалуйста, сделай так, чтобы я мог съесть хоть немного риса“.

Но Мать указала мне на всех вас и сказала: „Что? Ты и так ешь через все эти рты! Разве тебе этого мало?“

Мне стало так стыдно, что я не смог больше вымолвить ни слова».

Затем, глядя на сад, на деревья и цветы, на людей вокруг, Рамакришна произнёс с непреложным убеждением:

«Знаете, что я вижу? Я вижу, что всё стало Единым. Этот сад, деревья, цветы, люди и животные — всё это сделано как бы из воска. Это одна и та же субстанция, принявшая разные формы. Я вижу, что это Сам Бог стал всем этим.

Люди и звери — это лишь движущиеся каркасы, обтянутые кожей, но внутри них — Он. Это Он двигает их головами и руками. Поэтому я не могу сердиться ни на кого, даже на тех, кто причиняет мне боль. Я вижу, что это тоже Он».

В этих словах — не размышление, а живое видение: мир перестаёт быть множеством отдельных существ и предметов, раскрываясь как единое Божественное присутствие. Даже в разгар физической боли Рамакришна остаётся верен этому прозрению: за всякой формой — Тот, Кого он зовёт Матерью и Богом.


Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Опасный путь тантр

  Однажды, когда он со своего балкона смотрел на Гангу, где по всем направлениям сновали лодки, перекрещивая свои многоцветные паруса, он заметил, что одна из них подплывает к террасе. По ступенькам поднялась высокая красивая женщина с распущенными волосами, в платье цвета красной охры, какие носят саньясины. Ей было лет тридцать пять — сорок, но казалась она моложе. Ее вид поразил Рамакришну, который попросил ее войти. Она вошла и, едва увидев его, начала плакать, говоря: — Сын мой, ты тот, кого я ищу уже давно. Она принадлежала к касте брахманов, к благородной бенгальской семье, преданной культу Вайшнава; была высокообразованна и начитанна в священных текстах бхакти. Она заявила, что ищет человека, отмеченного богом, о существовании которого ей известно от божественного Духа. На нее возложена миссия принести ему великую весть. Без лишних разговоров (она даже не назвала себя и так и осталась неизвестной под именем Бхайрави Брахмани) между святой женщиной и жрецом Кали сейчас ж...

Эволюция понятия о Боге

 В Индии были люди, сердца которых были полны симпатией, и которые понимали, что мы должны идти в глубь, искать причины. Это были великие святые. Все великие учителя мира заявляли, что они пришли не разрушать, но дополнять. Долго этого не понимали: думали, что те не смели говорить и делать то, что считали правильным. Но это не так. Фанатики плохо понимают бесконечную силу любви, которая была в сердцах этих великих мудрецов. Они смотрели на всех людей, как на своих детей, были действительными отцами, действительными богами, полными бесконечной симпатии и терпения к каждому, действительно готовы были терпеть и переносить. Они знали, сколько еще нужно расти обществу, и терпеливо, медленно, уверенно шли вперед, применяя свои лекарства, не преследуя и не пугая людей, но осторожно и ласково ведя их за собой шаг за шагом. Таковы были писавшие Упанишады.  Они хорошо знали, что старые идеи о Боге не согласовались с более ушедшими вперед нравственными идеалами времени, превосходно поним...
  Сегодня, 4 июля - день смерти Вивекананды. - - - - - - - Его великая гордость признала тщету гордости. Умирающий познал теперь истинное величие - величие малых: "героическая смиренная жизнь". "По мере того как я старею, - сказал он Ниведите, - я все более и более ищу величия в малых вещах. В высоком положении кто угодно может быть великим. Даже трус станет храбрым, если он на виду: мир на него смотрит! Все более и более истинное величие представляется мне в образе червячка, который делает свое дело молча и постоянно, из часа в час, из минуты в минуту!" Он видел приближение смерти взглядом верным и точным. Он призвал всех своих учеников, даже тех, которые находились за морями. Его спокойствие вводило их в заблуждение: они полагали, что он проживет еще года три или четыре, тогда как он знал, что это - канун ухода. Он не высказывал никаких сожалений о том, что должен передать свое дело в другие руки: "Как часто, - говорил он, - человек губил своих учеников тем, ...