«Из всех этих лиц, съехавшихся со всех концов мира, чтобы свидетельствовать о своей вере, самым замечательным, бесспорно, был индус Свами Вивекананда. В его оранжевом одеянии, с его красным кушаком и тюрбаном, с его величественной походкой и лицом, напоминающим античную бронзу, он был живым воплощением той восточной сказки, о которой мы только грезим в Европе. Но не внешность была главным; главным была та непередаваемая атмосфера достоинства и какой-то львиной силы, которая его окружала.
Помню, как он вышел на трибуну. До него выступали многие: говорили долго, читали по бумажкам, спорили о догматах и тонкостях обрядов. Воздух в зале был наэлектризован напряжением и скрытым соперничеством. И вот встал он. Он не читал — он говорил. Его первое обращение: "Sisters and Brothers of America!" — вызвало взрыв, подобного которому я не слышал никогда. Пять или семь тысяч человек встали как один в каком-то безумном восторге. Почему? В этих словах не было ничего нового, но в его устах они перестали быть формулой вежливости и стали живой истиной.
Мы часто встречались с ним после заседаний. В частной беседе он был еще более обаятелен, чем на трибуне. Его интересовало в России буквально всё. Помню, как он спрашивал меня о наших сектантах, о Толстом, о том, как русский мужик молится в своей избе. Он видел в русском народе какую-то "первозданную духовную глину", из которой еще можно вылепить будущее человечества. "Вы, русские, — говорил он мне, — еще не испорчены тем сухим рационализмом, который съедает сердце Европы. В вас есть та детская вера и та безмерная печаль, которая роднит вас с Индией".
Глядя на него, я чувствовал стыд за нашу европейскую суету. Мы строим машины, пишем законы, создаем системы, а этот человек просто "был". Он был самим собой, и в этом была его непобедимость. Он был воплощением той духовной мощи, которая не нуждается в доказательствах. Когда он уходил, казалось, что из комнаты унесли свет. Я навсегда запомнил этот образ: человек, который нашел Бога не в книгах, а в собственном сердце, и потому стал братом каждому, кого встречал на пути».
С. М. Волконский. «Мои воспоминания» (отрывок о Чикагском парламенте религий)
Комментарии
Отправить комментарий