Ramakrishna

  автор: ЧЕЛОВЕК ЗАПАДА Прошло около пятидесяти лет с тех пор, как Вивекананда вновь ступил на индийскую землю, вернувшись из своей первой триумфальной поездки по Соединенным Штатам Америки и не менее триумфального — хотя и не столь открыто прославленного — пребывания в Лондоне. Тогда вся страна приветствовала его как Льва Индии, и повсюду ему оказывали такой прием, какого, вероятно, ни до, ни после не удостаивался ни один святой и ни один правитель Индии. Его уход из жизни в возрасте тридцати девяти лет стал величайшим бедствием для его родины и для всего мира, ибо он был воплощением самой души Индии, и без таких, как он — способных вдохновлять и вести за собой, — подлинная свобода Индии, в отличие от свободы политической, никогда не сможет быть достигнута. Теперь, когда он покинул этот земной предел, Индия сможет исполнить свое великое предназначение лишь в том случае, если последует учению, которое он передал с несравненной мудростью, властной силой, красотой и любящей добротой....

  В лекциях Свами Вивекананды жизнерадостность и чувство юмора рассматриваются не как случайная черта характера, а как критерий духовного здоровья и правильного понимания природы Атмана, тогда как мрачность и скорбный вид он относил к проявлениям невежества (тамаса) или физического нездоровья. Самую известную теоретическую формулировку Вивекананда дал во второй главе трактата «Raja-Yoga» (The First Steps, Complete Works of Swami Vivekananda, Vol. 1). Разбирая психофизическое состояние практикующего, он прямо противопоставил радостное расположение духа показной угрюмости: «Первым признаком того, что вы становитесь религиозным человеком, служит то, что вы становитесь жизнерадостным. Когда человек мрачен — это, возможно, несварение желудка, но не религия. Приятное расположение духа — естественное свойство саттвической натуры; человеку саттвы всё приносит радость, и когда это приходит, знайте, что вы продвигаетесь в йоге» («The first sign of your becoming religious is that you are beco...

  Рамакришна был блистательным деревенским комиком, пародистом и рассказчиком анекдотов. Молодые посетители в Дакшинешваре буквально катались по полу, держась за животы. Однако читатель переводной литературы этого Рамакришны почти не знает: между бенгальским оригиналом дневников Махендранатха Гупты («Шри Шри Рамакришна Катхамрита») и знаменитым английским переводом Свами Никхилананды (The Gospel of Sri Ramakrishna) пролегла пропасть цензуры. Рамакришна говорил на сочном крестьянском диалекте области Радх (уезд Хугли, деревня Камарпукур). Когда Миссия Рамакришны готовила издание для западной публики, Свами Никхилананда вычистил из текста весь просторечный сленг, физиологический юмор и анатомические подробности. В работах профессора Нарасингхи Сила (Ramakrishna Revisited) и в пословном переводе «Катхамриты» Дхарма Пала Гупты подробно показано, как живая речь Учителя превращалась в приглаженные канцеляризмы: Его любимое ругательство было «Шала!» (Śālā / শালা). Буквально на бенгальском...