ЛЕВ ИНДИИ

 

автор: ЧЕЛОВЕК ЗАПАДА

Прошло около пятидесяти лет с тех пор, как Вивекананда вновь ступил на индийскую землю, вернувшись из своей первой триумфальной поездки по Соединенным Штатам Америки и не менее триумфального — хотя и не столь открыто прославленного — пребывания в Лондоне. Тогда вся страна приветствовала его как Льва Индии, и повсюду ему оказывали такой прием, какого, вероятно, ни до, ни после не удостаивался ни один святой и ни один правитель Индии. Его уход из жизни в возрасте тридцати девяти лет стал величайшим бедствием для его родины и для всего мира, ибо он был воплощением самой души Индии, и без таких, как он — способных вдохновлять и вести за собой, — подлинная свобода Индии, в отличие от свободы политической, никогда не сможет быть достигнута. Теперь, когда он покинул этот земной предел, Индия сможет исполнить свое великое предназначение лишь в том случае, если последует учению, которое он передал с несравненной мудростью, властной силой, красотой и любящей добротой.

Каждая нация осуществляет свое истинное предназначение, становясь тем, чем она является по своей сокровенной сути — следуя своей дхарме. Вот почему мир ждет от Индии духовного водительства и имеет на него полное право. Ее «внешней политикой» должно стать — как говорил сам Вивекананда — обучение мира религии, открытие путей Духа для всего человечества. Он отдал свою жизнь, указывая ей этот путь, и провозгласил, что до тех пор, пока Индия не сделает этого, она обречена оставаться в оковах; ибо идти против дхармы — личной или национальной — значит лишать себя свободы. Он возвестил деятельную духовность Вед. Он со всей мощью обрушился на «пещерную религию» и призывал санньясинов по всей Индии отречься от благочестивого поиска лишь собственного спасения и служить своим бедным, невежественным и страждущим соотечественникам всеми мыслимыми путями — как на деле, так и в духе. Поистине, он не проводил грани между служением и самадхи, и в этом крылась одна из тайн его величия как созидателя своей страны через общественное служение во всех сферах жизни. Тысячи людей черпали вдохновение в его учении, где практическое и запредельное слиты в живом, динамичном единстве. Но еще тысячи — нет, миллионы! — должны открыть его для себя и обрести в нем свет для разрешения множества запутанных вопросов. Ибо Вивекананда — современный Пророк для современной Индии. В высшей степени важно, чтобы этот факт был всецело осознан по всей стране. Но еще важнее, чтобы его благовестием жили все новые и новые множества людей. Ибо обречена на крушение та страна, что пренебрегает своими Пророками, а пустое почитание на словах — хуже пренебрежения. Как мало тех, кто готов и желает идти по тонкому, словно острие бритвы, пути служения и отречения — пути спасения для всего человечества; как мало тех, кто осмеливается войти этими «тесными вратами», вступить на этот «узкий путь».

Послание Вивекананды обращено ко всему современному миру. Никогда еще сила и присутствие такого учителя не были столь трагически необходимы на всей земле, как сегодня. Кто-то метко выразился*: «Он — насущная необходимость для всего мира». А один английский ученый недавно сказал мне: «Если западный мир не воспримет эту мысль в ближайшие двадцать пять лет, с нами покончено».

Вивекананда был и — для тех, кто способен это вместить — остается не только учителем и мудрецом, но и зодчим благих, долговечных начинаний; не только боговидцем, но и вдохновенным человеком дела; не только покорителем горных вершин, но и обитателем долин — затворником, мечтателем, звездой общества и покрытым дорожной пылью санньясином, «утомленным путником» у обочин дорог и жителем мировых столиц. Когда еще — на Востоке или на Западе — знали мы человека, подобного ему? Одни лишь его труды достойно восхваляют его (и под «трудами» я подразумеваю не только его книги и речи, но и Орден санньясинов — созидателей нации, который он основал по велению своего Учителя).

Его жизнь — как внутренняя, так и внешняя — была поистине поразительной. История этой удивительной жизни, рассказанная его восточными и западными учениками, — одно из самых волнующих повествований, которые мне когда-либо доводилось читать. И если бы кого-то попросили выбрать наиболее выдающиеся отрывки из его «Полного собрания сочинений», едва ли оставалось бы что-то иное, кроме как открывать страницы наугад, ибо вдохновение дышит почти в каждой строке, а переворачивающие душу мысли великого Мудреца почти в каждом случае напрямую приложимы к самым острым проблемам современного мира. Что, например, может быть злободневнее следующих слов, произнесенных в Мадрасе примерно в 1892–1893 годах: «Равновесие (законов) столь тонко, что если вы нарушите равновесие хотя бы одного атома, миру придет конец»? (Профессор Г. Л. Олифант, специалист по атомной бомбе, пишет в лондонской газете News of the World: «Если это оружие когда-нибудь будет применено в войне, это будет означать конец цивилизации, какой мы ее знаем». Он годами работал над расщеплением атома — иными словами, над нарушением равновесия атома.)

Прочитав книги Вивекананды о четырех Йогах, один английский полковник заметил в разговоре со мной: «Такое чувство, будто я только что начал жить». Когда слышишь столь непосредственные признания от так называемых «посторонних», испытываешь неодолимое побуждение вновь и вновь возвещать об этом Льве Индии, дабы истинный голос этой могучей земли звучал еще настойчивее, обращаясь через него ко всему человечеству. Две силы могут двигать нами: боль за человечество в его нынешнем ужасающем положении и гордость за этого благородного духа — светоносца, ослепительного святого, чье сострадание было безграничным, а чьей гордостью была — Индия.

Правдиво писала Сестра Ниведита о «том бессчетном воинстве его собственного народа, которое еще воспрянет и устремится воплотить его мечты в жизнь». Но немало знамений говорит и о том, что от Стражей в западном мире также может прозвучать трубный зов: пробудитесь! восстаньте! и следуйте за этим исполином, чья земная жизнь, быть может, все еще слишком близка к нам по времени, чтобы мы могли постичь ее в истинном величии и сиянии. Воистину благословенны те первопроходцы — его ближайшие последователи, — которые узрели это и несли на своих плечах тяготы и зной дня с тех пор, как он ушел из их среды! Но ныне настало время, чтобы их труды укрепила целая рать мужчин и женщин — служителей света — со всех концов земли.

Индия всегда была подательницей Живой Воды; но она должна даровать ее снова и снова, иначе сама сойдет во мрак смерти, как гибнет всякое существо, не исполняющее собственного предназначения. Все, чем она является, — все, что ей должно совершить ныне***, — все, чем ей суждено стать, — Лев Индии уже открыл. Он одержал победу в своем учении; он одержал победу в своей жизни. И теперь дело тех его соотечественников и соотечественниц, которые обладают пониманием, — позаботиться о том, чтобы он одержал победу и в своей смерти; чтобы его голос продолжал звучать и истолковываться его собственным народом в грядущих веках и чтобы он покорял их сердца и души так же, как покорил сердца и души многих в далеких краях — и будет покорять все сильнее и сильнее; ибо он был живым воплощением современного искания истины и свободы.

Индийцы с любовью называют его «Шива-Гуру». Для нас же, людей Запада, любящих его за то, что он сделал для нас, он — просто «Открывающий Бога», и мы знаем, что его послание принадлежит всему миру.

Мы идем к Вивекананде не ради одной лишь учености и блеска ума, хотя и тем, и другим он обладал в высочайшей мере. Мы обращаемся к нему потому, что он — живая Сила; потому что сейчас среди нас должна пребывать живая Сила, иначе мы погибнем (и это касается не одной лишь Индии, но каждой страны). А потому нам надлежит возвращаться к нему снова и снова — ради его могучего, строгого и в то же время исполненного обаяния мужества, ради его ясновидения, его утонченного мастерства в жизни и в смерти, его красоты и чистоты, пламенного рвения и прозорливой мудрости. Его жизнь и все его труды возвещают об этом; и даже просто в воображении заново прожить эту жизнь — значит свободно вздохнуть, освободившись от кошмаров и наваждений, обрекающих большинство из нас блуждать в лабиринте бесконечной скорби.

Написано у святилища Кшир Бхавани, Кашмир,4 июля 1945 года

Prabuddha Bharata 1946