Ramakrishna

  Я англичанка по рождению и воспитанию, и до восемнадцати лет меня учили и наставляли так, как принято воспитывать английских девушек. Христианские религиозные догматы, разумеется, были привиты мне с ранних лет. Ещё с отрочества я была склонна благоговеть перед всеми религиозными учениями. Я преданно поклонялась Младенцу Иисусу и любила Его всем сердцем за те самопожертвования, на которые Он всегда добровольно шёл. Мне казалось, что я не могу в достаточной мере воздать Ему хвалу за то, что Он позволил распять Себя, дабы даровать спасение роду человеческому. Но после восемнадцати лет в моей душе начали зарождаться сомнения в истинности христианских догматов. Многие из них стали казаться мне ложными и несовместимыми с истиной. Эти сомнения крепли всё больше, и вместе с тем моя вера в христианство расшатывалась. Семь лет я пребывала в этом зыбком состоянии духа — была глубоко несчастна и всё же отчаянно жаждала обрести Истину. Я избегала церкви, но порой стремление принести покой сво...

  Свами Абхедананда, в миру Калипрасад Чандра, вошел в историю как один из самых выдающихся учеников Шри Рамакришны и блестящий философ, сумевший перевести глубочайшие истины древнеиндийской мысли на язык, понятный западному интеллекту. Его путь — это удивительная трансформация прагматичного юноши, глубоко погруженного в изучение классического санскрита и трудов западных мыслителей, в просветленного йога, чье слово наводило мосты между культурами и континентами. Когда молодой Калипрасад впервые пришел к Шри Рамакришне в Дакшинешвар, его пытливый ум искал логических доказательств духовных истин и строгой философской базы. Учитель не стал ломать его интеллектуальный стержень. Напротив, он увидел в юноше колоссальный потенциал чистой осознанности и направил его разум в русло прямого духовного опыта, показав, что истинное знание начинается там, где заканчиваются слова. Продолжив дело Свами Вивекананды, Абхедананда отправился на Запад и провел четверть века в Северной Америке и Европе. ...

  Город Гая в штате Бихар — одно из самых священных мест Индии. На протяжении тысячелетий индусы совершают сюда паломничество с одной главной целью: провести обряд шраддха (пинда-даан) и поднести пищу усопшим предкам. Считается, что ритуалы, совершенные на этой земле, освобождают души предков от колеса перерождений и даруют им мокшу. Сердце Гаи — величественный храм Вишнупада, возвышающийся на берегу реки Фалгу. Название храма буквально переводится как «Стопа Вишну». В его центре, в восьмиугольном серебряном углублении, находится базальтовый камень с 40-сантиметровым отпечатком стопы Господа. Согласно пуранам, Вишну оставил этот след, когда усмирил могучего демона Гаясуру, придавив его к земле. В Гае Вишну поклоняются в его особой ипостаси — как Гададхару, «Носителю булавы». Это грозное, но безгранично милостивое божество, хранящее космический порядок. Именно в этот древний храм зимой 1835 года пришел Кшудирам Чаттопадхьяя. Ему было около шестидесяти лет — возраст, когда человек по...

В индийской (и особенно бенгальской) духовной культуре кровное родство с великим святым или аватаром сакрализуется. Бенгальцы воспринимают этих людей не просто как потомков исторической личности, а как часть «Святого семейства» — живую ветвь того же древа, в котором воплотилось божественное. У Рамакришны не было родных детей: брак с Сарадой Деви остался духовным. Живая линия — это братья, сёстры, племянники и их потомки, а также двоюродная родня. Именно они десятилетиями служили жрецами в Дакшинешваре и Камарпукуре. Его род — кулин-брахманы (рархи, готра Кашьяпа), фамилия Чаттопадхьяя / Чаттерджи. Прадед семьи в деревне Дере (Дерепур, округ Хугли) — Маникрам Чаттопадхьяя. У него было трое сыновей и дочь. Старший сын, Кшудирам (ок. 1775–1843), был отцом Рамакришны. Дочь, Рамсила, была выдана за Бхагавата Бандьопадхьяя из Силимпура. Младшие сыновья — Нидхирам, чьи потомки почти не известны, и Канаирам (Рамканай). Кшудирам отказался лжесвидетельствовать в пользу заминдара Рамананды Рая и ...

  стихи Махендранатха Гупты - М. আবার আসিবে Я дивный образ узрел, едва Припал впервые к Твоим лотосным стопам. Благословенна, Рани! Священен Твой храм! Неужто Само Живое Божество ступает здесь? Откуда сошла к нам эта драгоценность в облике человека? Ах! Эти два глаза, хмельные от любви, Тот лотосный лик, озаренный вечной улыбкой… Словно ребёнок пяти лет, Он беспрестанно купается в блаженстве! Бог Он или смертный — рассудку не постичь; Он явно не от мира сего, но отчего же Так близок и так дорог, словно родной? Иначе отчего душа с первого взгляда Так неудержимо рвётся к Нему? Сегодня утолилась вековая жажда, И вдруг разрешилась загадка всей жизни. О чудо! Тьма навек отступила от сердца. Моё земное рождение обрело высший смысл От прикосновения к этому философскому камню. Я думал: кто же Ты, пленивший моё сердце, Путеводная звезда моей любви? Как же я теперь вернусь в свой дом? Где ещё в этом мире искать мне приют, Если не у Твоих стоп? От одной мысли о расставании разрывается грудь. ...

Сравнение бенгальского текста первой главы («Шри Шри Рамакришна Катхамрита», том 1, раздел 1) и первой главы английского перевода Свами Никхилананды («Провозвестие Рамакришны», глава «Master and Disciple») выявляет редакторские вмешательства и искажения. Никхилананда систематически «причёсывал» текст, жертвуя сочным бенгальским колоритом ради того, чтобы книга легко читалась на Западе. https://vedanta.narod.ru/1gl.html 1. Структурное слияние (хронология визитов) В оригинале: Первая глава (Кханда 1, Париччхед 1) — это небольшой текст, описывающий исключительно вечер прибытия М. в Дакшинешвар в марте 1882 года, его первый взгляд на Рамакришну и краткий разговор со служанкой Бриндой. У Никхилананды: Глава 1 искусственно расширена. Переводчик слил в неё сразу четыре первых визита М. (которые в бенгальском оригинале разбиты на отдельные главы), создав непрерывное повествование, которого не было в дневниковых записях. 2. Искажение обращений (Тхакур vs Master) В оригинале: М. называет Рамакри...

  Махендранатх Гупта выводил учеников из тесных помещений на берег Ганги и учил использовать зрение как инструмент для расширения сознания. Созерцание реальной, бескрайней водной глади (а также открытого неба или широкого поля) было для него рабочим методом остановки бытовых мыслей и прямого контакта с концепцией Бесконечного (Вирата). Согласно указанию, которое Шри Рамакришна дал самому М., практикующий должен представлять себя рыбой, радостно плавающей в Океане Бытия‑Сознания‑Блаженства. Другой вариант этой же медитации — представлять себя кувшином, глубоко погружённым в океан, где вода (Божественное присутствие) находится как снаружи, так и внутри него. «সচ্চিদানন্দ-সাগরে ডুব দাও। ভয় নাই, এ সাগরে মরণ নাই, এ যে অমৃতের সাগর!» (Соччиданондо‑шагорэ дуб дао. Бхой най, э шагорэ морон най, э дже омритэр шагор!) «Погрузись в Океан Сатчидананды. Не бойся, в этом океане нет смерти, ибо это Океан Бессмертия!» М. приводил учеников на берег Ганги или к тихим прудам и давал физическую практик...