Ramakrishna

  Учитель: «Много лет ты отдавал себя мирским заботам и в этой суете не мог думать о Боге и медитировать на Него. Теперь необходимо уединение; иначе  разум не обретёт покоя. Поэтому найди себе место для медитации хотя бы в полумиле от своего дома». Шьям Басу на несколько мгновений умолк, погрузившись в размышления. Учитель (с улыбкой): «К тому же у тебя уже нет зубов. Так зачем же ты так беспокоишься о празднике Дурга пуджи?» (Все смеются.) «Один человек совершал поклонение Дурге с жертвоприношением козлов и другими церемониями. Он делал это много лет, а потом прекратил. Друг спросил его: „Почему ты больше не совершаешь Дурга пуджу?“ „Брат, — ответил тот, — у меня выпали все зубы. Я не могу жевать козлятину“». Шьям: «Ах! Как сладки эти слова!» Учитель (улыбаясь): «Этот мир — смесь песка и сахара. Подобно муравью, следует отбросить песок и вкусить сахар. Тот, кто умеет вкушать сахар, — поистине мудр. Построй себе тихое место для размышлений о Боге, место для медитации. Подготов...

  Прежде всего, ищите царствия небесного, а обо всем прочем не заботьтесь. Не стремитесь завладеть еще чем-либо, стремитесь лишь от всего этого избавиться и радуйтесь, когда это вам удастся. Отрекайтесь, и вы можете быть уверены, что успех не замедлит последовать, даже если бы вы и не замечали его. Разве не двенадцать рыбаков переняли от Иисуса все его дело? И, однако же, этой незначительной горсточки оказалось достаточно, чтобы смести с лица земли всю римскую империю. Все самое чистое, самое наилучшее из того, что дает земля, то жертвуйте Богу! Одного взгляда на того, кто серьезно отрекся от мира, уже достаточно, чтобы это повлияло на вас очищающе. Отбросьте мир, всецело отдайтесь Богу. Но не входите при этом, ни в какие компромиссы, ни в какие-либо сделки с совестью. Отрекитесь от мира, лишь так вы сможете освободиться от уз тела. Как только это последнее умрет, вы ­ Асад, т.е. свободны. Итак, будьте свободны! Уповая лишь на смерть и ни на что больше, мы никогда не освободимся....

  Все великие учители веры проходили через садхану. Достаточно вспомнить блуждания и аскезу Будды или те молодые годы Христа, о которых не говорится в евангелическом повествовании, годы уединенной жизни среди аскетов — ессеев, если верить новейшим теориям исследователей. В подробностях известны только садханы Будды и Чайтаньи — о других можно лишь догадываться. Причиной вполне может быть нежелание позднейших последователей учителей показывать Идеал в муках соблазнов, духовных терзаний и отчаяния. Им не хотелось, чтобы Воплощенный Бог своим поведением не отличался от человека. Однако совсем иным было отношение поистине великих приверженцев Божественного — те даже с неохотой говорили о мощи и величии Бога, дабы благоговейный страх не примешался к их чистой преданности. Рамакришна всегда учил, что целью садханы является развитие способности видеть Брахман во всем сущем, повсюду. В конечном счете, садхана есть попытка познать Универсальную причину — существующую вне времени и пространс...

  Учитель запел:   Когда Махамайя пеленой скрывает мир, И Брахма разум свой теряет, И сам Вишну забывает мир, Какая есть надежда людям?   Как в протоке узкой ставят сети мастера, Вход открыт, но ловушка ждёт. Рыба, что вошла туда несмело, Путь обратный не найдёт.   Словно червь шелковичный ткёт свой кокон день за днём, Путь свободен перед ним, но он В плену у собственного дома Остаётся жить потом.      Учитель  продолжал:  "Человека можно сравнить с  зерном.  Оно упало между жерновами и должно быть раздавлено. Только несколько зерен,  которые  остаются возле оси,  спасаются.  Поэтому  людям следует  искать убежище возле оси,  то есть в Боге.  Взывайте  к Нему.  Пойте Его имя.  Тогда вы будете свободны. Иначе вы будете раздавлены Князем Смерти".      Учитель снова запел:   О Мать! О Мать! Моя ладья в пучине мира тонет,...

  В узких улочках Ахиритолы, северного района Калькутты, под сенью манговых деревьев, в 1864 году родился мальчик, чьё сердце уже тогда билось в унисон с миром. Гангадхар Гхатак, сын браминов, с детства отвергал границы каст: «Зачем делить людей на чистых и нечистых, если слеза страдания у всех солёная?» — спрашивал он, отдавая свою рубашку дрожащему от холода сверстнику. Этот жест стал прологом к жизни, где милосердие превратилось в высший обряд. Смерть Рамакришны в 1886 году стала для Гангадхара звоном колокола, призывающим к отречению. Скитания привели его в заснеженные объятия Гималаев, где, по его словам, «горы учат молчанию, а звёзды — вечности». Три года в Лхасе стали годами внутренней алхимии: «В тибетских монастырях я понял — истинная мантра не на языке, а в действии». Вернувшись, он принял имя Акхандананда — «тот, чья радость едина», как свет, льющийся сквозь призму служения.   «Нельзя накормить душу, игнорируя пустой желудок», — говорил свами, организуя школы в ...

  Гириш спросил: «Бхагаван, что правильно - отречься от мира, чтобы избавиться от мирских забот и страданий, или поклоняться Богу, живя в своей семье?» Бхагаван сослался на учение Бхагавадгиты и сказал: Тот, кто живёт со своей семьёй, но не привязан к мирским отношениям и вещам, кто исполняет свои обязанности, не ища результатов своих трудов, достигает Бога точно так же, как тот, кто отрёкся от мира, убедившись, что земные отношения и цели скоротечны и нереальны. Те, которые отрекаются от мира только для того, чтобы избавиться от мирских забот и страданий, принадлежат к низшему классу санньясинов. Тот, кто достиг Бога, живя в миру, подобен человеку, живущему в хрустальном дворце и видящему всё, как снаружи, так и внутри дворца. Гириш: Бхагаван, почему ум, вознёсшись на большую высоту, спускается в мир? Бхагаван: Это естественно для ума живущего в миру человека. Иногда он высоко парит, иногда низко спускается. Иногда бывает сильный подъём благочестия, а затем оно ослабевает, п...

  Время и пространство существует лишь в разуме человека. Закон причинности не может существовать без идеи последовательности во времени. Следовательно, пространство, время и закон причинности существуют лишь в уме человека, а так как атман не ум и так как он лишен всякой формы, то он должен быть вне времени, вне пространства, вне закона причинности, т. е. он бесконечен. Но двух или нескольких бесконечностей быть не может, — следовательно, в мире может быть только одна душа. Таким образом, человек действительный есть Единый, Бесконечный, Вездесущий Дух, а человек, каким он нам кажется, есть лишь ограничение этого действительного Человека. Человек действительный, Дух, будучи вне закона причинности, вне пространства и времени должен быть совершенно свободен. Человек кажущийся, отражение, ограничен временем, пространством, законом причинности и поэтому он связан или, как говорят некоторые из наших мыслителей, кажется связанным, а в действительности и он не связан. Всякий человек-дух...